— Это проклятье.

— Однажды ты поймёшь, что это великий дар. Тебя выбрали Стражем города, но идиоты из совета даже не догадываются, что не могут контролировать тебя, что не способны удержать твою силу. Они не знают кто ты.

— Мертвая ведьма, — произнесла я одними губами. Я сказала это лишь однажды своему старому другу и повторила сейчас.

— Это лишь слова. Твоя суть гораздо сложнее.

— Почему ты не сдал меня?

— Всё просто, — старик улыбнулся, став снова безобидным пекарем. — Пироги с рыбой ешь только ты, остальные их наверняка выбрасывают. Они ужасны.

— Так не готовь их.

— Их любит одна дорогая мне женщина. Вдруг однажды она приедет, а их нет.

Я точно знала, что он врёт. Но я не была готова знать правду. Обняв друга, я позволила себе несколько раз глубоко вздохнуть и только потом отпустила его. На коже остался запах корицы и горячей муки.

— Точно не поедешь со мной? — Рато с сомнением сжал ручку двери машины.

— Я справлюсь.

— Буть осторожной.

— Ты ж говоришь…

— Твоё сердце никто не защитит, — металл заскрипел под сильными пальцами. — Если оно погибнет, ты точно станешь мертвой. И это будет проклятьем. Не только для тебя.

Мне нечего было ответить. Некромант забрался в салон машины и, кивнув, выехал на дорогу. Я проводила взглядом автомобиль и как только он скрылся, перестала держать спину. Согнувшись, зашла в дом, заперла входную дверь и проследовала на кухню. Всё стояло на своих местах и даже деревянное блюдо на столе с несколькими ароматными яблоками. Только у самого края его был крохотный, едва заметный скол. Небольшое напоминание о том, что здесь было побоище.

Корзина с выпечкой уютно расположилась на широком подоконнике. Включив кофеварку, я отщипнула кусочек от булочки. Желудок приветствовал еду мягким ворчанием. Я ведь и забыла, когда наедалась досыта. Последние дни были наполнены сплошным стрессом. Очень много изменилось за это короткое время и я… Наверно, я тоже изменилась. На стене висел телефон и я сняла трубку, не надеясь, что линию подключили, но оказалось, что она уже работала.

Голос на другом конце провода ответил после первых же гудков.

— Милана? Ты в своём доме? — глава совета казался взволнованным.

— Уже пару дней, — отозвалась я бодро. — Много дел и я немного задержусь здесь. Если понадоблюсь, звоните и я приеду.

— Тебя не беспокоят… — после короткой заминки он продолжил, — соседи?

— У меня нет с ними проблем. Ко мне не заходят, — солгала я по наитию.

— При необходимости звони.

Повесив трубку, я направилась к коробкам у лестницы. Мне нужны были мои вещи.

За окном сгущались сумерки, когда я закончила развешивать шторы. Удовольствие от проделанной работы компенсировало усталость. Осмотрев расстеленные домотканые коврики, разложенные подушки, картины на стенах, я осталась довольной. Все вещи, купленные джинном, стояли упакованные у входной двери. Некоторые из них были хорошими, большинство же просто отличными, складывая их в вакуумные мешки, мне удалось это оценить. Но быть обязанной джинну, мне не хотелось. Плевать, если он не поймёт.

Странно. Кинар, судя по моим эмоциям, был мощным инкубом, но от его отдалённости меня не ломало и не было той болезненной необходимости оказаться рядом, что присутствовала в моих отношниях с Валсом. Я могла ясно мыслить и не корчилась от потребности касаться его.

В дверь постучали. Даже на расстоянии, мне удалось ощутить за ней Кинара. Я остановилась у самого порога и несколько раз выдохнула. Руки заметно подрагивали. Всё же я поторопилась с выводами. Касаться его мне хотелось.

— Мне нужно выбивать дверь? — раздалось снаружи и я открыла замок. Отойдя в сторону, я позволила ему пройти в дом. — Не ждала?

— Что ты хочешь услышать? — устало отозвалась я, скрещивая руки на груди.

— Ты должна пояснить, зачем напала на Шато.

— А что он говорит по этому поводу?

— Хочу услышать твою версию, — мужчина заметил пакеты и помрачнел.

— Мою версию? — повторила я с обидой. — То есть по-твоему они разные? Я не собираюсь оправдаться. Версия Шато, какой бы она не была, тебя устраивает? — джинн не ответил и прошел на кухню. — Другой не будет.

— Иди сюда, — произнёс он устало. Совершенно точно, я не собиралась ему подчиняться, но не видела причин оставаться на пороге.

Он сидел за столом. Налив кофе в большие кружки, я поставила одну перед ним и расположилась напротив, разместив локти на столе.

— Шато молчит, — сказал он, когда тишина стала давить на уши.

— Он не разговорчив.

— Но я не вижу причин для этого. Только если ты его не…

— Продолжай, — зло подначила я. — Не принудила к молчанию. Заворожила. Прокляла. Для ведьмы есть много возможностей. Я не откажусь от любого обвинения, — Кин окатил меня недобрым взглядом. — Но и не признаю ни одного.