– Большое спасибо, что разрешил мне прийти, Брандо, - говорит Дженна.
– Мне как раз нужен макияж.

– Вряд ли, - смеюсь я.
– Вы обе безупречны. Но я рад, что тебе понравилось.

Я смотрю на Хейли.

– Тебе нужны силы, чтобы взобраться на вершину. И хорошие друзья, чтобы там удержаться.

– У меня сейчас столько новой одежды, сколько не было за последние два года, - говорит Хейли, подмигивая мне.
– Я покажу тебе, если ты свободен сегодня ночью.

Я стараюсь улыбаться, чтобы не вызвать у нее тревогу, но на это требуются усилия.

– На самом деле я занят.

Хейли дуется.

– Также как и ты.

– В смысле?
– говорит Хейли, нахмурившись и повернувшись ко мне, после чего лысый парень возвращает ее голову на место.
– Я думала, что следующая студийная сессия у нас только завтра днем.

– Это не студийная сессия.

– А тогда что? Не дразни меня!

– Да, Брандо!
– поддакивает Дженна.

Я делаю паузу, прежде чем ответить.

– Ты в Конане.

Их рты одновременно раскрываются, и они разворачиваются друг к другу, как и их зеркальные отображения.

И начинают кричать.

Лысый парень отпрыгивает назад, выставив ладони с блеском для волос, и поворачивается ко мне с таким видом, будто это все из-за меня. Я пожимаю плечами, и не успеваю заметить, как Хейли вскакивает и прижимается ко мне,

Я стараюсь оставаться холодным. Стараюсь быть умнее. Сдерживаю себя от того, чтобы обнять ее и прижать к себе. Но это не помогает. Я не могу. Хейли совсем не похожа на Лекси. Это все совсем не так, как раньше. Я никогда не чувствовал себя так хорошо. На этот раз все по-настоящему, и я добьюсь всего единственным известным мне способом - поставив на кон все, что у меня есть.

Хейли

Боль в горле.

А я здесь, в этой гримерке, в одном из самых лучших ночных ток-шоу в мире. У вокалиста группы, которая должна сегодня выступать, заболело горло. Сегодняшний вечер очень важен для меня.

Также как и Брандо.

– Как ты себя чувствуешь?
– говорит он, пока я кружусь вокруг, рассматривая его, такого высокого, сильного, всегда поддерживающего меня.

Я касаюсь его щеки и нежно целую.

– Зубы стучат, колени трясутся, и я не уверена, что моя новая стрижка делает меня красоткой. Я будто подросток, стащивший у мамы море косметики, - говорю я. – Но, несмотря на это, я никогда не чувствовала себя лучше, чем сейчас.

– Ты сразишь их наповал. К тому времени, когда ты завтра проснешься, в стране не будет ни одного человека, который бы не знал тебя.

– Спасибо, - говорю я, - меня это очень успокаивает.

Брандо смеется и нежно касается сильной рукой моей щеки.

– Тебе не стоит нервничать. Знаешь, ты растешь, Хейли, превращаясь во что-то удивительное.

Я расслабляюсь, глядя на него.

– Брандо Нэш?
– доносится голос от худощавого парня в дверях.

Ему пришлось дважды окликнуть Брандо, прежде чем он повернулся.

– Ну?
– коротко бросает Брандо.

Парень подходит к нам и указывает на дверь.

– Вы должны пойти со мной, прямо сейчас.

– Что происходит?
– говорит Брандо, напрягаясь.

Тощий парень выдыхает перед тем, как сказать.

– У меня пятьдесят шесть страниц документа об авторских правах вашей песни, о праве на исполнение, ответственность за исполнение, и еще около тысячи других юридических формальностей. Все они лежат на моем столе без подпи. Еще вчера надо было все сделать, и поэтому идемте прямо сейчас. Автор тоже должен расписаться, но так как она уже через минуту выходит на сцену, поэтому вам придется подписаться от ее имени.

Брандо отмахивается от него, не обращая внимания.

– Расслабься. Я подпишу. Дай мне еще пару секунд.

– Это телевидение, а не вечеринка в караоке баре для серфингистов. Если я не получу подпись в течение 30 секунд, ваша девушка никуда не пойдет, и нам придется показывать никому неинтересную сценку наших запасных гостей - а никто не хочет на это смотреть.

Я слегка касаюсь плеча Брандо, и он смотрит на меня.

– Иди, - говорю я.
– Все будет в порядке. Увидимся после шоу.

Брандо улыбается мне и следует за этим парнем. Я провожаю его взглядом, переполненная чувствами, что между нами происходит что-то удивительное. Как только Брандо скрылся с моих глаз, я вижу, что кто-то идет ко мне.

– Вот где она! Девушка истины!

Это маленький, приземистый мужчина, с таким толстым брюхом, что даже одежда для беременных ему не поможет. Его лицо выглядит так, будто его лепила из пластилина целая команда детей-детсадовцев, а парик - словно его выковыривали из сливного отверстия в турецкой бане. Несмотря на все это, на нем кричащая, блестящая, броская гавайская рубашка, которую я никогда не видела.