Тут двери открылись, являя взгляду коридор. Двери в библиотеку были в его дальнем конце.

Маккой начал красться по закругляющемуся коридору, полностью готовый к тому, что никакого Спока в библиотеке не окажется. Он представил себе, как через минуту он изливает свой гнев на пустое помещение.

Когда библиотечные двери открылись, и Спок обнаружился сидящим в первом же кубикуле, доктор на время потерял дар речи. Повернув голову, так, как будто появление доктора его совершенно не заинтересовало, первый офицер взглядом дал понять, что заметил появление докторов, и вернулся к созерцанию терминала компьютера.

Стараясь держать себя в руках, Маккой шагнул к вулканцу, М’Бенга за ним. Мельком он взглянул на экран терминала, на котором находился подробная выкладка о колонии Бета Кабрини, дополненная архитектурными и инженерными деталями.

– Ты, жалкий трус, – прошипел Маккой.

Спок оторвался от экрана и поднял на него взгляд.

– Вы ко мне обращаетесь, доктор?

– Будь уверен, – сказал Боунз, распаляясь еще больше. – Ты выскользнул из лазарета, как вор в ночи, – и по одной причине: у тебя кишка тонка противостоять мне в открытую.

Вулканец чуть пожал плечами – или, скорее, подумал Маккой, это было движение лицевых мускулов, чем плеч. Он наблюдал это достаточно много раз, чтобы знать, что это такое.

– Вряд ли логично было оставаться там дольше, чем требовалось, – начал Спок. – Проще говоря, я более не нуждался в ваших услугах.

– Черта с два – не нуждались! Может, я и просчитался с дозой, чтобы вы оставались в кровати. Но это не дает вам права болтаться по кораблю в то время, как вы находитесь под лечением.

Спок холодно посмотрел на него.

– Возможно, вы недооцениваете здоровье вулканцев по многим параметрам. Вы не допускаете возможности, что я действительно поправился? Что я излечил сам себя?

Маккой нахмурися.

– Да ладно тебе, Спок. Кого ты хочешь обдурить? Я и раньше видел, как ты скрывал физическое недомогание.

М’Бенга выбрал этот момент, чтобы ввязаться в драку.

– Если быть точным, вулканцы не то чтобы скрывают физическое недомогание, – сказал он, – они им управляют. Конечно, в данном случае, мистер Спок делает даже большее – он контролирует свой метаболизм. Но точка зрения доктора Маккоя тем не менее остается в силе, коммандер. Вы поражены очень серьезным недугом, и никакой контроль разума не может этого изменить.

– Я способен выполнять свои обязанности, – настаивал Спок.

– Как же! – не унимался Маккой.

Черты лица вулканца стали жесткими.

– Доктор, я должен продолжать свое исследование.

– Конечно, – сказал главный врач, – а когда вы тут все изучите, вы отправитесь обратно на мостик, верно?

– Таково было мое намерение, да.

Маккой покачал головой.

– Ничего не выйдет, друг мой. Насколько я могу судить, вы не в состоянии командовать кораблем. А мы оба знаем, что вы не можете сесть в капитанское кресло без моего на то благословения.

Спок медленно вдохнул, потом выдохнул. Наконец он сказал:

– Что вы от меня хотите?

– Хочу? – главный врач издал сухой смешок. – Просто чтобы вы были здоровы, и только. Но это потребует времени. Пока у вас эта инородная субстанция в крови, я не могу вам позволить подвергаться какой-либо дополнительной нагрузке. С тем, что мне известно, простой быстрой прогулки может быть достаточно, чтобы убить вас.

Вулканец едва заметно нахмурился.

– Что же, – сказал он, – я признаю, что для контроля метаболизма требуются некоторые усилия.

В первый раз Боунз мельком увидел, чего стоило Споку поддерживать этот контроль, – но только мельком – и тут же видимость нормы снова стала совершенна.

– Тем не менее, – продолжал вулканец, – я должен оставаться на месте командира «Энтерпрайза».

– А почему бы это? – спросил Маккой, склонив набок голову.

Спок раздул ноздри.

– Я служил на «Энтерпрайзе» под командованием капитана Пайка, когда мы впервые повстречались с Хэймсаадом Дрином. – Пауза. – Я знаю его, доктор. Я знаю, на что он способен. И имею представление о технологиях его расы, побывав однажды на одном из их кораблей.

– Вы побывали на одном из их кораблей? – спросил пораженный М’Бенга.

Первый офицер кивнул.

– Да. Это было необходимым компонентом плана капитана Пайка. Собственно говоря, я был гостем Дрина.

Главный врач уставился на него.

– Объясни.

Спок объяснил. Он рассказал им всю историю, от начала до конца.

Когда он закончил, воцарилось молчание. И Маккой был вынужден рассмотреть проблему в новом свете.

Ему страшно не хотелось позволять пациенту лечиться самостоятельно – или не лечиться вовсе. Но в этой колонии было почти три сотни человек. А здесь – один Спок.