Мать примчалась бы сразу, как только узнала. Вот - понятен и поздний допрос. Ох, мама, мама.

Жду.

Начинается обычная тягомотина вопросов.

Это что - чтобы заполнить паузу?

Жду. Привычно молчу.

Вопросы набирают обороты. Один из следователей втолковывает мне что-то, старается. Зачем он старается?

****

Через час допроса я уже вообще ничего не понимал.

Пришёл адвокат, извинился за опоздание, вежливо осведомился о здоровье и претензиях, уселся в уголке.

Никаких изменений в поведении, никакого обещания предстоящего сюрприза. А ведь мой адвокат - не уникум самообладания.

Всё как всегда.

И следователь выкладывается от души, и второй уже подключился - работают ребята, всерьёз работают.

А мне размывает душу предательское ощущение нереальности происходящего.

Может, я вообще что-то не то услышал? Сам себе придумал, сам себя напугал?

Допрос стандартно длился и стандартно закончился; к этому времени я уже немного - нет, не успокоился, конечно, но как-то... стабилизировался, что ли. Я решил реализовать наконец своё право и поговорить с адвокатом. Наедине.

Надо было видеть, как поотвисали челюсти у следователей, когда я заявил о своём желании.

Они покинули помещение так торопливо, словно малейшая заминка могла спугнуть переменчивую птицу удачи.

Наконец, мы с адвокатом остались вдвоём. Он довольно потёр руки.

Улыбнулся.

Ободряюще кивнул.

И спросил:

– Итак?

Я смотрел на его лицо, озарившееся радостным предвкушением.

А ведь у парнишки дело-то, наверное, первое - мелькнуло в голове. Вон как переживает, бедняга. Энтузиаст. А хватки-то нет, профессионализма не видать пока. Нет, никак не похоже, чтобы он мог что-то знать - и придержать при себе, не выложить сразу. Да и зачем бы ему?

– Вы хотели со мной поговорить, - напомнил адвокат уже слегка нетерпеливо и чуть ли не просительно.
– О чём?

Я откашлялся. Совсем отвык говорить, черт возьми.

– Хотел разузнать о тактике, - голос все равно звучал хрипловато.
– О тактике защиты, которую вы запланировали. Вы... ведь планируете что-нибудь?

Адвокат покраснел, ей-богу. Краснеющий юрист - да, это было что-то.

– О тактике!
– воскликнул он, широко, театрально разводя руками.
– Вы хотите услышать от меня о тактике! Вы не дали мне ни зацепочки, ни крошечного факта, который я мог бы использовать, не сказали ни словечка - а теперь хотите знать о тактике!

Никакого плана у него не было и в помине, это отчётливо читалось под его преувеличенным возмущением. Да, адвокат мне попался - тот ещё подарочек.

– Но ещё не поздно, впрочем, - заговорил он торопливо, придвигаясь ко мне.
– Я очень рад, что вы одумались, правда. Только поймите и другое, молодой человек. Доверие, только доверие может быть основой наших взаимоотношений. Составим, непременно составим мы с вами планчик. Не сразу, конечно. Мне нужна информация, понимаете ли. Вам нет смысла скрывать что-то от меня; я не использую её вам во вред, поверьте. Вы расскажете мне сейчас всё подробненько, по порядочку. И мы разработаем тактику. Мы ещё им всем покажем!

Я смотрел на него пристально, не отрываясь. Показной энтузиазм, натянутая мина при плохой игре. Нет, нету у него никакой заначки в рукаве. Весь он тут, вот, как на ладони.

Но что же тогда мог означать тот разговор?

Кому-то мой "защитник" сливал информацию. И для меня сейчас даже не важно - кому. Гораздо важнее, откуда он эту информацию взял. Если своих источников и своих планов у него нет - значит, он болтал о том, что узнал от следователей.

Я всё же ещё спросил:

– Так у вас нет никаких наметок? Может, что-нибудь неожиданное? Какой-нибудь, ммм... эффектный ход?

– Вы имеете в виду что-то конкретное?
– оживился адвокат.

Я покачал головой.

Защитник мой вздохнул печально.

– Я не чудотворец, простите. Единственным по-настоящему эффектным ходом могло бы стать возвращение денег. Или хотя бы арест ваших сообщников - тогда бы мы поработали над тем, чтобы вам досталась не ведущая роль в этом деле. Но это возможно только с вашей помощью, а вы не хотите меня слушать. Может, обсудим изменение вашей линии поведения? Пока не поздно, э?