Го Дейю отчего-то не задумывалась над тем, кто хуже: дракон или те, кто берет у дракона взаймы и расплачивается принцессами. Хуже всех был почему-то Федор,

который был и вовсе далеко от всех этих сделок.

–  Я тебе обучение сорвал? – Виноватым тоном спросил брат.

–  Да нет, - отмахнулся я и покосился на часы. – В самом деле – хватит. Уже пять часов занимаемся, - отметил я полтретьего на циферблате. – Можно и отдохнуть. Как у тебя в университете?

Руководствуясь правилом, что дела запускать нельзя, а за процессом необходим контроль, я еще вчера утром отправил Федора учиться вместо себя. Все-таки,

приехали мы сюда в среду, и до пятницы точно не планировали появляться в городе,

а так – и лекции пишутся, и есть кому сказать «я» на перекличке. Да и Федору очень интересно побыть пару дней студентом. Что до пропускного контроля – то у него был мой студенческий (а кто из нас похож на свою фотографию?) и два молчаливых удостоверения за спиной, способных пробить новый вход, если не пустят в главный.

К слову, приняли его в первый день с настороженностью, быстро сменившейся восторгом. Многие даже высказали пожелание вслух, чтобы я и вовсе никогда не появлялся. Лицемерные сволочи, я вас всех запомнил.

–  Отлично! – Воодушевленно отозвался брат. – Сегодня на день дали побыть старостой.

–  И как, справился? – Взял я новую горсть винограда и откинулся на ряд подушек у изголовья.

–  Ну, было сложно, - рационально отозвался Федор. – Однако бабушку Тамары устроил в императорскую больницу, а для Алексея нашел симпатичную вдову для совместного проживания. Нечего ему угол в доходном доме снимать, опять компьютер украдут.

–  У тебя какое-то глобальное понимание обязанностей старосты. – Покосился я на брата. – Компьютер-то вернули?

–  А то ж. – Хмыкнул Федор. – Еще надо будет насчет Георгия поинтересоваться,

анализы крови что-то плохие.

–  Ого, - прокомментировал я глубину подхода.

–  Всех - на диспансеризацию после второй пары! – Категорично махнул рукой брат. – Четверо, правда, пытались сбежать… Но не в мою смену. – С мрачным удовлетворением отметил он.

–  Моя школа. – Пробились нотки гордости в голосе.

Незакрытая Дейю дверь скрипнула, и в проеме двери показалась стройная фигурка Аймара Инки с кошачьими ушками на голове, уперевшая руки в боки.

– Разлегся, ученик. - едко прокомментировала она увиденное. – А ну пошли тренироваться.

–  Я тренируюсь, - подцепил я виноградину из грозди и закинул в себя. – Видишь -

учусь, как завещали великие Го. Не чета вам, с гор слезшим.

–  Ну, я пошел, - бодро отозвался брат, политически и тактически верно решив покинуть комнату.

–  По-моему, ты просто ешь виноград. – Скептически произнесла Инка, пропустив

Федора.

–  Много ты понимаешь в древней культуре. – Проворчал я, поворачиваясь от нее набок, лишь бы не видеть.

–  Ученик! Пойдем на полигон.

–  Я не хочу. – Буркнул безо всякого желания.

И было этому ответу аж две крайне веских причины. Во-первых, она хотела меня убить. Нет, это подразумевалось еще в среду, и были заведомо предприняты меры по недопущению такого развития событий - от первого ее удара артефакты практически не просели, скомпенсировав атаку за счет защиты всей крепости… Но потом крайне сильно расстроившись постыдной оценкой родовой техники, Аймара пошла за разъяснениями к деду. А тот отчего-то ее не прогнал и решил помочь исправить огрехи – полагаю, в первую очередь ориентируясь на то, что техника будет передана мне.

Знания старого «виртуоза», помноженные на гигантский опыт практического применения позволили внести первую итерацию изменений в то, что сами Аймара называли «Ветер падающих звезд». И вчера оно, доработанное и прокачанное,

просадило мои артефакты на десять процентов. Но хуже этого – сегодня весь день они снова занимались…

Надо сказать, весь процесс их с дедом занятий приводил Инку в невероятный восторг, глаза ее горели огнем новых знаний, а в разуме наверняка билась надежда вернуться домой не только с золотом за мой труп, но и с доработанной высокоранговой техникой. То, что невольный наставник щедро делится знаниями,

полагалось ей непростительной ошибкой врага, а ироничный взгляд старого смотрителя, что с некоторой теплотой смотрел за ее работой, как за попытками нацепить на старинный гранатомет систему лазерного прицеливания и в кои-то веки счистить ржавчину, она не замечала. Тот, кто был по сравнению с гранатометом

– дивизионом систем залпового огня – не видел тайны в своей помощи, но мудро позволял малому ребенку радоваться каждому шагу по необъятному и неизведанному пространству давно знакомой комнаты, за которой был целый мир.