Без сомнений устроители на славу потрудились над созданием мира «Бигры», все выглядело абсолютно реалистичным. Даже про разных летающих мошек не забыли. То и дело те кружили вокруг нас. У меня даже появилось ощущение, что все происходит со мной по-настоящему. Я будто переместился во времена средневековья и шел в доспехах в какой-нибудь крестовый поход.

Тем временем лес вокруг резко расступился, и мы уже шли сквозь поле. Трава здесь росла богато – густо и по пояс вышиной. Поле оказалось внушительных размеров. Дорога ровно его пересекала и дальше стремилась к лесу на другой стороне. Тот был еле виден вдалеке.

– Я так подумал. Мы же почти и не потратились. Вон у меня чуть меньше сорока штук на счету, – заговорил Жорик.

– У меня ровно сорок шесть тысяч семьсот восемьдесят монет, – считал я с записи перед глазами.

– Кто-то не потратился, а кому-то на портал пришлось десять штук выкинуть. Подожди. А ты это к чему? К тому, что нафиг мы дополнительно столько денег вбухали?

– Нет. Я в том смысле, что надо было у торговцев артефактами тоже набирать по полной и…

– Уже все. Проехали. Что теперь, возвращаться, что ли, из-за них? О, смотрите, вон и крестьяне, – показал рукой Макс слева от дороги, перебив Жорика. – И заготовителей крестьянских душ прибавилось…

Если в прошлый раз к лесорубам кинулся пяток игроков, то на этот раз таковых оказалось в десяток раз больше. С мечами и вилами наперевес они двинулись в сторону крестьян.

– Мясники, – заключил Макс.

Мы прошли еще немного, и началось невообразимое. Крестьяне оказались вообще не похожими на мирных неписей. Их количество походило на полчище бегущих тараканов. Выставив вперед свои вилы и громко при этом крича, они неслись, сломя голову, на вздумавших их убивать изуверов.

Игроки, уже засомневавшись в легкости добычи, начали нехотя отступать. Это стало их ошибкой. Они первыми пали жертвами атаки крестьян. Стоило вилам проткнуть игрока, и злобные крестьяне начинали бешено тыкать в тело еще и еще. Остальное крестьянское войско ринулась к другим игрокам.

Толпа с дороги в ужасе кинулась в противоположную сторону. Мы тоже не стали медлить. Противостоять такой невообразимой по численности хищнической толпе было бессмысленно. Первым, будто ужаленный, понесся Жорик, а мы с Максом еле за ним поспевали.

Крестьяне оказали проворнее, чем можно было ожидать. Нагнав замешкавших игроков, они быстро с ними расправились и дальше бежали тучей за убегавшими игроками.

– Жорик, у тебя моторчик, что ли, в заднице?! Подожди нас! – заорал Макс, то и дело оглядываясь на преследователей.

Моя дыхалка быстро выбилась из нормального ритма. Перед глазами вспыхнула красная надпись о падении активности до четырех единиц. А Жорику было будто все нипочем. Тот спокойно себе бежал сломя голову, еще и нацелился на высокий бугор в стороне.

– Бля… Неужели это кроличьи лапки так действуют?! – сбивчиво, запыхавшись, выговорил пораженный Макс. От беготни его прямо-таки заливало проступившим потом, не говоря о одышке. – Жорик, стой! Дай мне тоже лапку!

Не добегая до вершины бугра, Жорик остановился подождать нас.

– Я же говорил, пригодится.

– Дай две!

Перегруженный здоровенным топором и массивным щитом, Макс основательно выбился из сил. Я тоже взял протянутую Жориком лапку для себя, в надежде, что поможет.

Раздав впопыхах «артефакты», Жорик снова помчался на бугор. Достигнув пика, он застыл. То же самое постигло меня, стоило на него взобраться. У меня от увиденного зрелища, наверное, и челюсть отвисла, и глаза вылупились подобно ненормальному.

– Жорик, чет твои лапки нихера не помогают! Ты их куда засовывал? В слот или так в карман положил? А может, в руках… – сильно пыхтя орал снизу Макс. Взобравшись к нам, не договорив, он вытаращил на это зрелище глаза. – Ахереть… Пиндец…

С другой стороны дороги, в нашу сторону бежала такая же туча крестьян. Мы оказались между молотом и наковальней посреди поля. До леса в любую сторону было далеко. Ни вперед, ни назад для нас дороги уже не было.

– Что будем делать? – спросил я, видя неминуемое наше поражение. Скорее у меня это даже вырвалось на автомате. Итак, было понятно – нам не выпутаться. Хоть самому харакири делай и возвращайся в город. Ибо быть исколотым вилами и после еще затоптанным сотнями ног было бы еще хуже.

– Че-че. Драться будем, – с обреченной уверенностью вырвалось у Макса. – Может, хотя бы опыта дадут…

Мы выстояли совсем недолго. Макс успел вбить свой топор в три крестьянских головы. Я убил стрелой одного. Никогда раньше не стрелял из лука. Даже в руках его не держал. Сам удивился, как это у меня здорово получилось. Но дальше применять лук уже не имело смысла. Толпа набросилась на нас со всех сторон. Воткнув в одно тело свой меч, я не успел его вытащить, да и сил никаких не было. Даже не понял, убил его или ранил. Меня сразу проткнули несколько вил. Крестьяне с бешеной скоростью их тут же вынимали из тела и снова втыкали. Как будто хотели сделать из меня решето. Моя кираса с единичкой в защите оказалась подобно фольге. Совсем не сдерживала этих ударов. Все тело заполнилось противной болью. Особую неприязнь доставляло движения проклятых вил внутри тела. Словно внутренности сами на них наматывались.