– Хватит!
– прокричал я, когда голос вконец меня достал, и в тот же миг свет залил все вокруг.

Было все еще слишком светло, ничего толком не видно, когда я услышал хрипловатый старческий голос:

– Галмаршта? (Проснулся?)

– Что?
– спросил я, прищурившись.

– Кархэнт? (Иноземец?) - голос становился тише, по мере того, как удалялся его источник, шаркая при этом ногами.
– Кара, тулма оа сера дэк мирт... (Так, где-то у меня тут был...)

Зрение потихоньку восстанавливалось. Я стал понемногу различать цвета, формы приобрели отчетливые очертания, а запах и до того стоял не самый приятный.

Лежа на чем-то мягком, я неотрывно смотрел в потолок. Странное какое-то дерево - красное с голубыми прожилками. Я попытался пошевелить головой, однако резкая боль в шее пресекла затею на корню.

– «Где это я?».

Что-то теплое и гладкое коснулось ладони. Меня легонько тряхнуло. По телу будто пробежал электрический импульс, как от удара пьезоэлемента зажигалки. Над головой нависло старое, морщинистое лицо с длинной седой бородой. Ни дать ни взять, Дамблдор.

Такого сияния, как у него, я прежде не видел. Подобно черной грозовой туче с зелеными и красными всполохами.

– А как сейчас, понимаешь, что я говорю?

– «Да-да! Понимаю», - подумал я, да только вслух забыл сказать.

– Неужели, что напутал?
– наморщил лоб старик и попытался забрать это что-то из моих рук, но я сжал пальцы в кулак.

– «Оно помогает мне понимать смысл слов», - осознал я.

– Понимаю, - с дрожью в голосе, ответил я.

Старик улыбнулся и поспешил представиться:

– Я Гортон, а тебя как звать, мил дитя?

– Данила.

– Данила? Какое необычное имя. Так откуда ты взялся, Данила?

– Из Энгельса, - не задумываясь, ответил я.

– Энгельс?
– провел раз-другой по бороденке Гортон.
– Не слышал о таком месте. Ладно, а как в Железном Лесу-то оказался?

– Железный Лес? Ах, этот. Ну, я..., - тут я замялся, не зная, что и ответить.

– «Соврать или правду рассказать?».

Гортон понял, что отвечать я не намерен и задал другой вопрос:

– Где твои родители, Данила?

Я хотел было ответить, что в Энгельсе, но вовремя спохватился. Я ведь не то что не в России, я даже не на планете Земля, скорее всего. Да нет, почти наверняка. Либо так, либо все происходящее - дурной сон. И смерть Алисы, и ожившие скелеты, и магия - все это не взаправду.

– Их нет, - и не соврал, и всей правды не рассказал.

– Вот как.... Ну, ладно. Ты пока отдыхай, сил набирайся, а я скоро вернусь. Хорошо?

Я кивнул и скривился от боли. Совсем про шею забыл.

– «Прикуплю ему одежды в деревне, заодно со старостой поговорю. Может, пристроит у кого из своих, мальчонку», - выйдя из дому, подумал Гортон.
– «Заодно одному не в меру болтливому хозяину трактира голову на место верну. Ишь ты какой, живые ему сгодятся!».

Стоило Гортону переступить порог, я попытался подняться с кровати. Однако тело все еще было слабо. Все, что у меня получилось - приподняться на локтях и осмотреться, медленно-медленно вращая головой.

Шея чертовски болела. Надеюсь, ничего серьезного. В противном случае, мои действия только ухудшат положение.

Что, кстати, странно, ведь осколок кости угодил мне в плечо. А вот с ним-то, все как раз было в полном порядке. Остался лишь крохотный розовый шрам. Я как увидел, замер с широко раскрытыми глазами.

– «Как такое возможно?».

Но тут в голове всплыла фраза, то ли из фильма, то ли из книги: “С магией, возможно все!”.

Минут двадцать спустя, я все-таки смог встать с кровати. Гладкий как зеркало камушек с выгравированным зигзагообразным символом, который помогал мне понимать и разговаривать на языке этого мира, я убрал в карман.

Медленно, черепашьими шажками, я обошел комнату вдоль и поперек. Убранством покои не изобиловали: кровать, стол, пара стульев и камин в углу. Все добротное, крепкое. Но вот сам дом.... Половицы скрипят, в полотке зияет дыра, по полу только что, не таясь, пробежала огромная мышь. Не знал бы про старика, подумал, что здесь никто не живет.

А вот комната на втором этаже оказалась куда интереснее. Самая настоящая библиотека, а не комната. Вместо стен - стеллажи, доверху забитые книгами. Некоторые старинные, другие выглядят поновее, но все как одна толстые и в кожаном переплете. Для такого как я, кто любит книги всем сердцем, будто умер и попал в рай.

– А это еще что такое?
– обратил я внимание на пыльный фолиант, лежащий на верхней полке дальнего стеллажа.

Среди остальных книг, она выделялась темным без примесей свечением. Опасный цвет. Но любопытство взяло надо мной верх. Я принес стул с первого этажа, встал на него и дотянулся на носочках до книги. Едва не упал под ее весом, когда доставал.

Стряхнув с книги толстый слой пыли, обложка испугала меня до чертиков. На выдубленной коже красовался детально прорисованный серебряный череп с рубинами вместо глаз. Вдох-выдох. Успокоившись, я взял ее с собой вниз.