Шрифт:
– Я постараюсь, – честно пообещала Тайка, поднимая на нее глаза. – Пойду я, матушка. Сама за всем приглядеть должна. Никому веры нет, – сурово приговорила она и выскользнула в дверь.
– То-то, что никому! – зло процедила Твердислава. – Батя помер из-за той заминки у двери? Тогда ему Отрыжка яду сунула?
– Тогда, матушка, – вздохнул Хранивой. – Прямо в губы вложила, как целовать бросилась. От муки пыточной спасала. И будет о том. Итак уж истрепали беду нашу вдоль и поперек. Ты давай-ка поспи чуток…
– Не уходи!
– Не уйду, – отмахнулся он. – Вот тут в креслице посижу. Да кой-чего почитаю из твоих новых книжиц. Спи. А утром начнем нашу беду избывать…, как сумеем.
Глава 10
Глава 10
Итак – размышлял на ходу полусотник Тайной управы – нынче они сотворили несусветное: завалили короля Харанга. И, возможно, вслед ему второго. Вот это невидаль! Совсем охренели! Кому сказать – не поверят. Это ж надо умудриться… А после еще добраться туда, где его похвальба обернется пьяными здравицами, а не жуткой карой. К`aртон – двоедушный сукин сын – непременно вышлет погоню, едва чуток развяжет себе руки. Для него не секрет, куда направятся нечаянные помощники. Хорошо бы, чтоб этот упырь успел облапать в горнице короля хоть одну вещицу, смазанную ядом. Ну, да на восторженного дурачка он не тянет. Не станет ликовать, валяясь в королевских постелях, и греть задницу в королевских креслах. Нет, нынче он закрутится, как шпаренный, наводя порядок. Буча-то у них тут подымется нешутейная. Кабы не резня промеж себя.
Но это вовсе не помешает герцогу наладить погоню. Кинет кличь, де, убийцы Лард`aвига бегут туда иль туда. Ату их, гвардия! И те, позабыв про распри, кинутся ловить наглых пришлецов. Вот, откуда те явились, Картон трепаться не станет – не подставит себя под вопрос: а тебе, откуда то ведомо? Словом, прежним путем домой возвращаться не след – настигнут. Выходит, одна им дорога: на север. Там их судьба будет куда, как улыбчивей. Вон Юган со своими северными кровями подсуетится. Да и выкручиваться он мастак – не отнять.
Мастак сидел в дремучем овраге у костерка и варил похлебку. Таймир рухнул рядом с ним и блаженно вытянул ноги. Неподалеку приветственно зафыркал Багр.
– Чего харя смурная? – приветливо поинтересовался Юган. – Иль не вышло?
– Хочешь самолично перечесть? – сонно предложил Таймир, коснувшись ворота гамбезона.
– Оно мне надо? Раздобыли бумажку и ладушки. Домой пора. Ты в седле-то усидишь? Нам бы за ночь долину перемахнуть. Там не спрячешься. А вот дальше лес добрый пойдет, там и отдохнем. Я бывал там пяток лет назад. Знаю пару добрых троп.
– Они ведут к востоку?
– Ну да… – Юган осекся, помолчал и спросил: – Туда нам путь заказан?
– Думаю, да, – равнодушно признал Таймир.
– Значит, завалил короля? Ловок ты.
– Не я.
– Ялька, – понятливо протянул Юган. – Да-а. Вот уж досталась тебе невестушка. Суженая твоя разношерстная о семи звериных обликах. Не забалуешь. Выходит, герцог нам до скончания века обязан?
– Век у него больно короток. До раздачи наград не доживет. Поумерь жадность, – посоветовал Таймир.
И коротенько обсказал, чем там занималась их оборотенка, покуда кое-кто валял дурака. Юган долго молчал, а затем выдал сокровенное:
– Ты мне вот что скажи, полусотник: коли нас тут столь неласково отблагодарили, так что дома-то будет? Тебе, прямо скажу, я доверять научился. Но, это в походе. Тут мы с тобой равно под смертью ходим. А дома мы внове каждый в свою дуду заиграем. Не ведаю, что там решит наша государыня о тебе. Но мне на ее ласку точно рассчитывать не приходится. Это ты у нее под рукой. Да с той же руки и кормишься. Опять же, дядька твой средь ее ближников. А я…
– Если Твердислава порешит нас кончить, так кончит обоих, – пообещал Таймир. – И на Хранивоя с его заслугами не посмотрит. Так что нынче мы с тобой одной судьбой повязаны. Гляди, как бы мне еще к тебе набиваться не пришлось. В ватагу.
– А я бы взял, – многозначительно ухмыльнулся Юган. – С этаким товарищем мне сам черт – не черт. Жаль тока рук своих ты кровью купеческой марать не станешь.
– Да и ты, слыхать, теми забавами брезгуешь. Чисто дела делаешь, бескровно. Страже, понятно, на роду написано за серебро кровью расплачиваться. А вот про купцов, тобой загубленных, не слыхал.
– Был один такой, – недобро процедил Юган, вороша костер.
– Тот, что Яльку вез? – моментально сообразил Таймир.
– Он самый. Да и его убивать не стал. К Бате притащил. Чтоб, значит, вместе поспрашать о его добыче дивной. Да тока отравился тот стервец. До Стольнограда и не рыпался. А в столице немедля бежать пытался. А как не удалось, так и сожрал какую-то дрянь. Отрыжка сказывала, будто иноземную. Такая, вроде, в Харанге варится. Видать, и принцессы ихние в той науке преуспели, – он умолк ненадолго, покуда снимал горшок с похлебкой, а потом и спросил совсем уж напрямки: – Яльку-то она забрать попытается, а, державник?