— Я надеюсь, когда писали вокальную партию, вы учитывали диапазон Эшли? Она не споет так, как Росс.

Стефани отвела взгляд, а Стивен выпрямился и издевательски улыбнулся Дэл:

— Это ее проблема, и ее учителя по вокалу.

— Я ее учитель по вокалу, — рыкнула Дэл, Стив развел руками с физиономией "тогда у меня для тебя плохие новости", Мелани подняла ладони, унимая почти начавшийся скандал:

— Тихо все. Потом переделаешь, если будут проблемы. Дэйв, готов? — Звукарь кивнул, что-то щелкая на планшете. — Начинайте. Тишина, идет запись.

Все замерли, в классе стало так тихо, что щелчок, с которым Стивен откинул крышку клавиш, прозвучал громогласно. Стефани дернулась, вдруг понимая, что прямо сейчас ей предстоит петь, причем не самую легкую песню, а у нее в руках даже не первая страница текста. Она дрожащими пальцами достала нужную, зажмурилась от мурашек, когда Стив начал играть вступление, с болью прикусила губу — это было настолько непохоже на то, что она пыталась тут изобразить утром… он играл это так, как будто долго репетировал, было сложно поверить, что он увидел эту песню шесть часов назад, да еще и потратил время на переделывание.

Перед куплетом он сделал короткую паузу и в первый раз посмотрел на Стеф, как будто убеждаясь в ее готовности, она утвердительно опустила ресницы и вдохнула. И запела, изо всех сил пытаясь найти баланс между тем, как она пела утром и всеми его исправлениями и дополнениями, не зацикливаясь на идеальности звука, а пытаясь наполнить песню эмоциями.

"Чтобы ты не сказал потом, что я и пою как компьютер. Хотя, о моем исполнении ты ни слова не сказал, зная тебя, можно принять это за комплимент."

Она смотрела только в свой лист, так старательно не глядя на Эванса, как будто один взгляд мог заставить ее запнуться. В коротком проигрыше, который ей так нравился на бумаге и который ей почти не удалось испоганить утром, Стивен кое-что поменял и от этого он стал еще лучше, заставив ее прикрыть глаза от удовольствия.

"Уймись, дурочка, он больше не играет для тебя. Возьми себя в руки"

Взяла. И опять запела, уже увереннее, до самого конца, где вокальная импровизация была практически не изрисована пометками Стивена. Она допела и замолчала одновременно с тем, как Стивен убрал руки с клавиш. Вышло так синхронно, как будто они много раз репетировали, Стефани посмотрела на него, ожидая оценки или хоть чего-нибудь, но он смотрел в сторону.

В тишине класса раздался выдох и одинокие аплодисменты, подняв глаза, она улыбнулась — хлопал Сэм. Через секунду к нему присоединилась Эшли, потом еще кто-то из группы, через время комната загудела от аплодисментов и Стефани невольно улыбнулась, чуть кланяясь почтенной публике. Эванс делал вид, что его вся эта фигня вообще не касается, Мелани подняла руки и крикнула:

— Все, все, хватит. Успокоились, — посмотрела на Стеф со смешанными чувствами, как будто ей одновременно хотелось ее обнять и ударить, вздохнула, качнула головой и посмотрела на мужа, который выглядел так, как будто его изящно обставили в шахматы и он все пытался понять, каким образом умудрился так лохануться. Стеф положила листки на рояль и, не глядя на Стивена, спустилась с подиума, подошла к Мелани:

— Я могу ехать домой?

— Эй, мистер ЕщеРаз, — крикнула режиссерша, — ну как, еще раз?

— Нет, — буркнул Стив, тщательно собирая бумажки.

— Как так? — притворно восхитилась Мелани, — неужели все прямо так идеально и прямо с первого раза?

— Да, — тем же тоном ответил он.

Мелани фыркнула и перевела взгляд на Стеф:

— Ну, значит, можешь ехать, встретимся в понедельник. — Стефани кивнула и пошла к двери, на полпути Мелани окликнула ее: — Росс, — Стеф обернулась, режиссерша хитро улыбнулась и спросила: — Он тебе хоть спасибо сказал?

— Дождешься от него, — невесело фыркнула Стеф и быстрее пошла к выходу, чуть не столкнувшись с Эшли, замершей возле дверей. Она чувствовала, что Арктика внутри уже почти пробила искусственный барьер и улыбаться становится все сложнее, надо быстрее смываться, пока не рвануло.

Пронесшись по коридорам, она зашла в комнату за сумкой и курткой, почти бегом бросилась к парковке, завела машину и сорвалась с места, с визгом вырываясь на трассу. Ледяная пустыня внутри качалась, как огромный корабль, в ушах звучала песня, которую они только что исполняли, бесконечно повторяясь и накладываясь сама на себя, от этого кружилась голова и хотелось закрыть глаза и уши, заорав непонятно кому: "Оставьте меня в покое".

Только когда школа скрылась за поворотом, она чуть сбросила скорость и пристегнулась, немного расслабилась, включила радио, поставив автоматический поиск волны. Поиск пошипел и запел голосом Элтона Джона о том, что "прости" — самое сложное слово.

Стефани истерично рассмеялась, чувствуя, как мокреют глаза, съехала на обочину у скалы, останавливаясь на всякий случай, а то ей уже пару минут казалось, что машина виляет, хотя на самом деле виляли ее руки. Заглушив двигатель, она сползла по сидению и окончательно перестала сопротивляться захватывающему тело холоду. По лицу потекли слезы, грудь пережало спазмом, все тело колотило, как будто она действительно замерзала где-то в бесконечных снегах, давно и безнадежно.