Тирана решительно открыла свою сумку. Она до конца надеялась, что этого удастся избежать, вещица, которую лидер клана Изгоев собиралась использовать, пугала ее саму. Но она слишком хотела жить, любой ценой – уцелеть, а дальше она что-нибудь придумает. Выкрутится, обманет, если надо, то и предаст. Ей все это будет не впервой, сейчас главное выжить, а о цене она подумает потом.

– Тунашар, – девушка повелительно махнула рукой в сторону искрящего шара, отвлекая на него внимание соратника. Верный друг и охранник, повернулся туда и не заметил стремительного росчерка кинжала, зажатого у нее в другой руке. Черное лезвие без труда вошло в основание черепа, и ящер беззвучно осел на землю.

Не теряя времени, Тирана присела возле него и достала из сумки небольшое обсидиановое зеркальце, чья матовая поверхность не отражала ничего. Обмакнув свой изящный пальчик в еще теплую кровь, она аккуратно вывела на поверхности зеркала одно короткое слово: имя на языке без начала, том самом на котором говорят лишь боги. И с нетерпением стала следить, как кровь впитывается в черную поверхность. Вначале ничего не происходило, и секунды тянулись как века, но потом черная поверхность расцветилось радугой, и Тирана услышала голос, похожий на скрежет метала по стеклу.

– ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ, СМЕРТНАЯ?

– Убей моего врага и спаси меня, – убежденно произнесла Тирана, наблюдая, как эктиталь набирает энергию для удара по ней.

– ДА БУДЕТ ТАК, ТВОЕ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНИТСЯ, НО ПОМНИ, ЕГО ИСПОЛНЕНИЕ БУДЕТ ОПЛАЧЕНО ТОБОЙ!

Девушка содрогалась от боли, причиняемой голосом, и отстраненно думала, что может, было бы лучше умереть, но сделанного, ей уже не изменить. Ее руки, с зажатым в них зеркалом, резко дернулась вперед и вверх. Зеркало стало невыносимо холодным, и гелина застонала от боли, не в силах ни разжать, ни опустить руки.

В воздухе перед зеркалом возник большой черный круг, ставший вратами в другой мир. Из него с невероятной скоростью выметнулись несколько десятков длинных острых клешней, впившихся в эктиталя, и разорвавших того на куски. А Тирана, несмотря на боль, почувствовала злое удовлетворение – теперь все будет по-другому. Она из первого ряда посмотрит, как спесивый наг будет драться против легионов Владыки Дома Боли. В этот миг, ей казалось, что устроенное ей зрелище стоит ЛЮБОЙ цены.

Шепчущий отчаянно сражался, выкладываясь сейчас как никогда: его клинки мелькали с запредельной скоростью, почти не различимые для глаз. Тренированное тело действовало само, а разум был судорожно занят поисками выхода. Откинувшись назад, наг затылком касается земли, пропуская над собой булаву, и тут же отбивает крюк на длинной цепи. Быстрый перекат, попытка разорвать дистанцию, но ему этого не дают, навязывая контактный бой. Он снова пытается контратаковать, но вынужден, не завершив серию ударов, уходить в оборону, отбивая ответный удар серпа и длинного кинжала с узким волнистым лезвием. Шестирукая, хищно улыбаясь противнику, вновь атаковала:

– Ты будешь достойным украшением трона моего господина, наг. Для твоей головы, я уверена, он подберет особое место.

Змей в ответ промолчал, он дрался с холодной решимостью и тратить силы на слова не считал нужным. В этом рейде и так было сделано непростительно много ошибок. Они и привели его к бою с одним из демонов-чемпионов Дома Боли – шестирукой Кали-мА, Взыскующей Долги. Эта схватка вообще не должна была состояться, но его глупость, гордыня и скука дали Тиране шанс, и та сумела им воспользоваться. Он так привык видеть в своей противнице ничтожество, не способное стать по-настоящему опасной, что позволил себе выпустить ее из фокуса внимания, пока разбирался с земляным духом. И ей этого хватило. Эта тварь не только открыла врата, но и сумела заблокировать его Сеть – убрать не смогла, но контроля он лишился. Все, что оставалось нагу, это принять бой с войсками Дома Боли.

Возле врат, открытых лидером Изгоев, грудой дымящихся кусков плоти лежал Нон-Соа – демон с тысячей клешней. Птицы Кай, мечущиеся сейчас в небе, гибли и падали на землю после столкновений с Вулканическими шмелями, призванными нагом. Безликие солдаты-демоны, вместо рук у которых были длинные костяные клинки, отчаянно рубились между собой – применение карты Предательство заставило их сражаться друг с другом.

Но это было все, что успел сделать Шепчущий. Ему необходимо было сбить волны хлынувших через портал демонов, чтобы не дать смять еще не развернутые порядки собственного Легиона. Занятый демонической мелочью, он не успел среагировать на атаку Кали-мА. Взыскующая Долги оказалась достойным врагом: невидимая и не ощутимая в ментальном и эмоциональном плане, она стремительно преодолела разделявшее их расстояние и связала его боем. Лишь чувство опасности, старательно развиваемое Шепчущим, позволило ему в последний момент уйти из-под удара, но демоница сумела навязать нагу контактный бой, не давая и мига для того, чтобы Полководец смог воспользоваться активатором и призвать свой отряд или использовать карты заклятий.

Наг каждой чешуйкой шкуры ощущал, как утекает время. Бесценные секунды, подобно драгоценным каплям падали вниз, перевешивая чашу весов судьбы не в пользу змея. До сих пор Шепчущего спасало лишь то, что использованный Тираной артефакт был весьма слаб и не мог пропускать через себя созданий темного бога сплошным потоком. Зеркало должно было сначала накопить энергию, чтобы потом одним импульсом на краткий миг приоткрыть врата, пропуская через них всех, что успеет войти в этот мир. Скоро зеркало породит новую волну. Наг видел, как ускоряются потоки энергий и силы, вытягиваемые артефактом из окружающего мира, еще немного и ее будет достаточно. А наг ничего не может с этим поделать, пока Шестирукая связывает его личной схваткой.