У него получилось увеличить активный период и уменьшить время сна, но большее ему было не подвластно. Дальше уже наступала та грань, которую переступать не стоило. Без Долгого Сна начинал разрушаться разум, самосознание уже не защищало от потоков эмбиента, эмоции выходили из-под контроля. Поэтому Шепчущий перестал бороться со своей сутью — приняв ее. И именно поэтому для него так дорог был его дом, место, где он в безопасности и тишине мог впасть в спячку, давая отдых телу и разуму.

Предвестниками впадения в спячку были краткие периоды сна, наступавшие практически в любой момент. Сколько раз наг едва не погибал из-за этого. Как сложно было каждый раз подгадывать периоды активности и наступающие приступы сна в своих бесконечных путешествиях, знал лишь он сам и никто больше.

Новая фаза Долгого Сна пришла исключительно не вовремя, но пока у него есть еще время, чтобы завершить незаконченное дело. Он стремительно вооружился и дополнил книгу картами, а потом, не мешкая, направился к камню врат. Выстроив на круге символ осколка, где его ждал девмерейн, наг торопливо сделал небольшой глоток из желтого флакона. Это тонизирующее средство Шепчущий использовал только в крайнем случае. Оно позволяло избежать предвестников Спячки, но одновременно снижало самоконтроль и заставляю действовать импульсивно и рискованно. Зависеть от собственных эмоций змей не любил, но выхода не было. Впереди его ждал бой.

Устав от ожидания Тирана присела на поваленную колонну, и стала оглядываться по сторонам, выискивая, чем бы себя занять. Товары торговца уже давно рассортированы и надежно сложены в ее сумку. Улов оказался очень хорош и стоил затраченных усилий по путешествию на этот дальний осколок. Она даже не ожидала найти столько ценностей у небогатого, на вид, игрока из небольшого торгового клана. Настроение было замечательное, но необходимость сидеть и ждать Валериана выматывала хуже любой пытки.

Призвав компас, она вновь взглянула на время, и неодобрительно покачала головой. Все-таки этот дурак снова слишком увлекся: жажда чужой боли и крови была для него неодолима. Оказавшись на арене вдвоем с беззащитной жертвой, он наверняка сейчас придается любимому занятию — медленно режет свою добычу на ленточки, стараясь не испортить костюм.

Валериану стоило бы и потерпеть. Полученные от игрока сведения слишком важны: пять или шесть тысяч разумных, обитают на Свалке, и самое главное они беззащитны перед игроками. Слишком заманчивый приз – девушка в предвкушении жадно облизала губы, думая о том сладком и упоительном пире из крови, боли и смерти, что их ждет впереди. И в такой момент, когда каждый миг ожидания невыносим, Валериан устраивает эти глупые и ненужные игры, заставляя себя ждать. Она уже почти ненавидела фаворита за это.

Мысли о наказании Валериана прервал Потрасюк: -- Повелительница, – торопливо зашептал он. – Маккаси что-то слишком долго не возвращается. Сказал, что отойдет осмотреть окрестности, а самого уже нет больше часа.

– Да куда он денется? – небрежно отмахнулась рукой от глупого помощника глава дома Изгоев. И прикрыв глаза, вновь мысленно стала размышлять, как наказать вызвавшего ее неодобрение наперсника. Впрочем, если Валериан поторопится и быстро закончит с этим торговцем, она ограничится только выказыванием ему своего неудовольствия. Сейчас ее меньше всего волновало, куда мог деться на совершенно безлюдном осколке этот нелепый скавен .

Овал портала ярко полыхнул, и возле входа в лабиринт возник наг в полном боевом облачении и с активатором на вскидку. Насторожено оглядевшись по сторонам, он увидел только своего агента.

– Господин, – склонился в низком поклоне Маккаси. Приветствуя нага, он снял маску, прикрывавшую лицо. Вытянутая вперед морда делала его похожим на крысу – родоначальницу его вида. Серая шерсть, покрывавшая лицо, острые передние резцы и маленькие красные глазки остались наследием прародительницы. Но в глазах скавена светился разум, а высокий лоб выдавал интеллект, пусть сейчас на нем светилось клеймо изгоя.

Торопясь и все время, оглядываясь по сторонам крысочеловек протянул Шепчущему небольшой листок: – Здесь схема прохода внутрь лабиринта, без нее попасть внутрь весьма сложно, Господин.

Наг, без интереса посмотрел на карту, это ведь так скучно прятаться среди серых стен, и перевел взгляд на своего агента.

– Сколько ваших на центральной площадке? Какой у них ранг? Чем они вооружены? – наг, задавая вопросы, прислушивался к разуму своего шпиона. Ему почти не были интересны ответы, достаточно было мыслей возникавших в голове скавена. Мелкие и подленькие мысли изгоя заставили Шепчущего внутренне брезгливо поморщиться. Практически все, о чем тот думал, была похоть к главе своего клана, и желание эмбиента. Но главное удалось узнать: впереди нет ни ловушки, ни засады. Во всяком случае, Маккаси о них ничего не знал.

– Я доволен тобой, – отпуская крыса Шепчущий, на краткий миг прикоснулся ко лбу своего агента, и ярко горящая татуировка под его рукой сильно потускнела. – Срок наказания тебе уменьшен, а теперь убирайся отсюда – скоро здесь будет жарко.

Портал за шпионом еще не успел закрыться, а наг уже вскинул вверх жезл, активируя щит отрицания. От луча, ударившего из жезла, по небу стала расползаться ядовито-зеленая сеть, блокирующая возможность игроков покинуть этот мир. Шепчущий не хотел разыскивать свой девмерейн по всем соседним осколкам, гоняясь за разбежавшимися изгоями.