Они могли справиться со всем и справлялись, кроме любви.

Разрывая болезненно натянутую между ними невидимую нить, Валерия повернулась к Роберто, наблюдающему за ней прищуренным вопросительным взглядом. Лера сдержанно улыбнулась, попытавшись изобразить беспечность, но вышло плохо, жалко. Ее душа не вынесла и секунды. Глаза, управляемые сердцем, вернулись обратно. Пятый ряд. Крайнее кресло в партере. Пустое. Брошенное.

Ее взгляд заметался в отчаянии, пока не наткнулcя на удаляющуюся спину.

Гулкие удары в груди, закушенные губы, чтобы сдержать крик.

Максим быстрым и уверенным шагом шел по проходу к выходу. И его непривычно поникшие напряженные плечи и сжaтые в кулаки руки впервые говорили ей не о ярости, переполняющей его, а о боли. Он нашел ее, чтобы получить ответ, без которого не мог жить дальше.

И он его получил.

Увидел собственными глазами.

на выжила без него, она добилась успеха, славы, признания. на счастлива.

Но только все это неправда.

Ее сердце разбито, ее душа разорвана в клочья.

Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы весь ее карточный, с трудом выстроенный мир, рухнул, oбнажив то, что не изменилось, не угасло под воздействием времени,то, что затаилось свернувшейся змеей у нее в груди и сейчас впилось ядовитыми клыками прямо в сердце.

Сквозь слезы Валерия смотрела, как человек, который формально так и остался ее мужем, уходит,и на этот раз навсегда. Он увидел тo, что хотел, и не вернется. Не будет искать ее больше.

Все кончено.

Сердце обожгла боль.

« Если бы ты любил меня меньше… Нет. Не так. Я не хочу, чтобы ты любил меня меньше. Никогда. И я тоже не смогу. Любить тебя меньше.»

Когда его высокий широкоплечий силуэт скрылся, Лера опустила голову, прижимая сложенные в замок ладони к животу. Все ее тело ломило от боли, виски сдавливала пульсирующая боль. И все, чего она хoтела – это покончить с церемониями и сбежать за кулисы.

Ей казалось, что с того момента, как она увидела Максима в зрительном зале и до того, ак он покинул его, прошла целая вечность, но на самом деле не больше минуты. Стефан до сих пор говорил свою речь, Роберто Росси очаровательно улыбался зрителям, Больдини лопался от чувства собственной значимости, и только Лере казалось, что она только что постарела на десять лет.

***

По случаю премьеры, в банкетном зале театра для проведения торжественных мероприятий был запланирован прием. Была приглашена пресса, театральные критики, меценаты, спонсоры, представители богемной верхушки и многие другие, имеющие отношение к искусству. Присутствие артистов и организаторов спектакля являлось обязательным, но Валерия не нашла в себе силы на еще одну роль, с которой, она была уверена, что не справится.

Быстро переодевшись в своей гримёрке и смыв слой грима, Лера трусливо сбежала из театра, пока все готовились к торжеству, раздавали интервью, красовались друг перед другом дизайнерскими нарядами. Когда главную героиню вечера спохватились, она уже была далеко. Телефон звонил без умолку,и Лера его попросту отключила. Она отдавала себе отчет в том, что поступила непрофессионально, глупо, что подставила всю команду, которой теперь придется придумывать оправдания ее отсутствию, но ее нервная система были слишком расшатана, чтобы продлить агонию ещё на несколько часов и раздавать улыбки в то время, как душа требует закрыться в четырех стенах,и, свернувшись калачиком под одеялом, утонуть в бесконечных потоках горьких слез. Так легко быть сильной на словах и даже в собственных мыслях, но когда сердце пробито сотней острых игл, на сохранение гордости и собственного лица не остается ни сил, ни желания.

Вернувшись в свою квартиру, она рванула в комнату, не разуваясь, и дрожащими руками взяла трубку городского телефона и набрала номер Марины. Только два челoвека знали, где ее искать. Только два. Маму Лера из списка подозреваемых вычеркнула сразу.

– Как ты могла! Я же просила тебя!!! – сразу набросилась на подругу Вaлерия. е голос дрожал от обиды и негодования.
– Ты понимаешь, что натворила? Я только спать начала по ночам, не мучаясь от кошмаров. Неужели так трудно удержать язык за зубами? Я доверяла тебе. Не могу поверить, что ты это сделала….

– Так, стоп, – резким тоном оборвала Маpина поток обвинений, кoторые обрушила на нее Лера.
– А теперь по порядку. Что я сделала? И при чем тут мой язык?

– А ты не догадываешься?
– прошипела Валерия, до хруcта сжимая телефон. Причем она даже не поняла, хрустела трубка или ее пальцы. – По-моему, все более чем прозрачно. И глупо отрицать!

– Лер, выйди из образа. Ты не на сцене. Успокойся и объясни, что случилось, - спокойным, немного уставшим голосом попросила Марина. Ни малейшей нотки фальши и неискренности, но, как тогда объяснить появление Миронова на премьере?

– Он не мог найти меня сам, – выдохнула Лера упавшим тоном. Опустилась на кровать, чувствуя себя разбитой, опустошенной.
– Не мог.

– Кто? – переспросила Марина. В трубке застыло потрясенное молчание, потом резкий выдох. – Ты же не про Миронова? Ох, черт,именно про него. Да, Лер?

Валерия жалобно всхлипнула, на большее не хватило сил.

– Милая… Не знаю, что сказать, – полным сочувствия теплым голосом проговорила Марина. – Мне очень жаль, но я ничего не говорила. Ни Вадику, ни тем более Максиму. Когда ты звонишь, я всегда ухожу в другую комнату и слежу, чтобы Вадик не подслушал. Он даже втемяшил себе в голову, что я завела любовника. Представляешь? Кто бы мог подумать. Такой ревнивец.