Есть, конечно, и исключения: авторитет, уже давно всем всё доказавший и рулящий бригадой крепко сбитых ребят, сам марать кулаки или нож не пойдёт – ткнёт пальцем в своего приближенного громилу, и специально обученный подручный сделает всё максимально показательно и “красиво”. С морем крови и переломанными костями. Собственно, Купа, если разобраться, именно на такой должности и состоит при Сэмюэле Берге… точнее, состоял. Самодеятельность вассалу, если она не одобрена свыше, сын герцога ни за что с рук не спустит. Даже если он где-то и не против подобного исхода в глубине души… м-да. Кто-то меня “заказал”. Кто-то, кому я умудрился настолько оттоптать больную мозоль, что он не пожалел достаточно большой суммы – золота! – чтобы перевесить “преданность” наёмника, давно и плотно сидящего на непыльной и хлебной должности. М-мать.

Вот только не надо думать, что я согласился на поединок ради какого-то там “сохранения чести” или потому что дорожил мнением дворянчиков из герцогства Берг. Будущему магу, в перспективе Повелителю Жизни из Лида, разборки благородных до лампочки. Репутационные потери, которые рано или поздно станут в какой-то мере достоянием широкой общественности – это немного неприятно, конечно, но смерть от идиотского шампура с ручкой – неприятнее во много раз. Было ровно два соображения, что заставили меня бросить вызов: это манор Бертран, уже практически упавший мне в руки… и Карина. Стоило мне начать пререкаться, отреагировать как-то иначе, чем вызов на дуэль – и всё, в глазах всех свидетелей я немедленно превратился бы из успешного аристократа, талантливого, богатого и идущего к успеху в… ну, лучшем случае – удачливого торгаша. Которому, вот досада, от папы достался плащ и герб, но не досталось дворянской чести. И тень моего падения неминуемо ляжет пятном на вассалов.

Я-то, конечно, могу свалить отсюда в любой момент: сменю геральдическую накидку на синюю без герба – и спокойно буду передвигаться по территории королевств никем не узнанный и никому особо не нужный, пока не найду себе мага-наставника. Маша – просто последует за мной, и пофиг, кто там что бросил в спину: она всегда на моей стороне. Милана, уверен, поднапряжётся и сможет отмазаться в стиле “я слабая женщина, не разглядела что за человека чуть не полюбила”. А вот рыжей – деваться будет некуда. Да и не захочет она никуда “деваться”: если я всё брошу и уеду с территории Эдмонда, Кара за мной просто не последует. Она присягала баронету Бертрану, а не Арну из Миракии. И, разумеется, если я сбегу – сама полезет в драку. В драку, исход которой нетрудно спрогнозировать. Проклятье! Вроде “подруга детства” лично по большому счету мне никто, и знаю я её неделю с копейками, но… не брошу и не подставлю. Не смогу. Это значит, что мне без вопросов нужно победить – причем победить до боя, который в лоб мне не выиграть. Победить однозначно – права на ошибку и отступление у меня нет. Чёрт...

– Ты прав, у Сэма не хватит власти заставить вассала отказаться от дуэли, – после короткого напряжённого раздумья вынесла свой вердикт баронетта. – Нужно добиться решения герцога. Вот он может остановить любой поединок на своей земле. Утром я добьюсь аудиенции сразу во время завтрака, а ты ещё до рассвета седлай химеру – думаю, твоя ненаглядная Вспышка способна утащить и сэра Марию со всеми его железками. Если у меня не выйдет, тогда придётся рискнуть отправить на поединок твоего рыцаря. Я понимаю, ты не сомневаешься в победе…

– Нет, – оборвал я собеседницу. Мила, похоже, решила, что разгадала мой план и от облегчения затараторила всё быстрее и быстрее. Приятно, конечно, что она сразу заняла мою сторону и даже вполне серьёзно разволновалась, но держать своего единственного здесь и сейчас однозначного союзника в неведении было нельзя.

– Что – нет? – не поняла блондинка.

– Ничего из перечисленного тобой – нет, – я поднял руку, не дав собеседнице ничего сказать. – Во-первых, герцог не станет прерывать поединок. Помнишь, что твой отец говорил? Он военный до мозга костей и при этом тщательно, демонстративно чтит дворянские традиции. Даже если живой я заработаю ему кучу денег – это не аргумент, чтобы не допустить дуэли. Потому что я дворянин. А во-вторых – я не поскачу за Маш… за моим оруженосцем.

– Почему… – младшая Пэр отлично держала удар: лицо закаменело, но голос не дрогнул. Запнулась немного – и всё. – В смысле, второе – почему.

– Не позволю какой-то швали убить моего вассала, – просто сказал я.

– В смысле – убить? – мой ответ удивил Милану настолько, что она совершенно по-девичьи захлопала ресницами. – Сэра Марию? Который на равных с Валом на поединках?!

– В поединках на полуторных мечах, – объяснил я. – Сомневаюсь, что Купа согласится на дуэль в броне, но даже если согласится – это ничего не изменит. Ни мой рыцарь, ни, тем более, Кара – бретёру не противники. Лучше пусть они будут… не здесь, когда всё произойдет.

То, что Маша, едва узнает о дуэли, от меня и на шаг не отойдет и просто бросится на Купу, едва того увидит, чтобы кончить на месте – я, разумеется, умолчал. Особого выбора, как поступить, у дочки кузнеца при этом не будет – вообще выбора никакого не будет. Потому что Печать подчинения его не даст. Защищать хозяина – это высший императив для магического раба.

– Объясни, – ещё немного подумав, коротко потребовала баронетта.

– Шпага, – для иллюстрации своих слов я вытянул из ножен обсуждаемый предмет. – Это очень сложное для использования оружие. Требуются годы обучения и большая практика, чтобы им овладеть. Но если выполнить эти условия, в поединке что-то против тебя сможет предпринять только другой фехтовальщик, вооружённый аналогично.

Шпага, с которой я не расставался с момента пересечения границы Лида, досталась мне “в нагрузку” к Машиному мундиру и стрижке. Вот такие в республике салоны красоты, н-да… Разумеется, первое, что я сделал, едва мне в руки попал этот клинок – попытался им… ладно, что уж там – помахать. Да-да, я понимаю: полгода охоты на тварей с холодным оружием – отличный способ распрощаться с типичной мужской страстью “к ножикам”, но… это шпага же! Д’артаньян и три мушкетёра, приключения, погони, скачки – и яркие мечты о себе на месте главного героя! Мечты, столь легко затмевающие скучную реальность, когда тебе восемь лет и удалось оторвать от ближайшего орешника более-менее тонкий и прямой прутик...