Ещё одно озвученное мною ещё на холме предложение, на которое после энного повторения моя “наречённая” среагировала гораздо спокойнее… но всё равно – блеск в глазах скрыть не смогла. Очень ей хотелось “как в романе” – восемнадцать лет это восемнадцать лет, и столица с её Двором тоже манит: как-никак, предел успеха благородного – закрепиться вблизи трона короля, пусть и чисто географически, тоже неплохо. Вот только блондинка была отнюдь не дурой и если не понимала, то догадывалась, какой задницей может, в случае чего, обернуться подобное “приключение”. Но ведь и успехом же – если всё получится!

Я тщательно, несколько дней обдумывал, как мы с Миланой можем договориться ко взаимному удовлетворению – и в итоге получились эти два варианта. Не самых плохих, надо сказать: я получал средства к продолжению учёбы (правда, хорошо если четверть от желаемой суммы, а то и десятую часть… но всё равно – деньги есть деньги), а пробивная и инициативная баронская дочка – так желаемую ей свободу действий и полную гарантию от попыток любимого папочки порулить судьбой дочурки и дальше. Трамонта Мила не возненавидела, но мгновенный слив в качестве невесты залётному баронету отцу тоже не забыла и не простила.

– Я могу тебе помочь в городе на первых порах, – скрепя сердце, повторил своё последнее предложение я. Не хотелось мне себя таким обещанием связывать… но и оставить молодую девчонку один на один (доверенные слуги не в счёт) со средневековым городом тоже, положа руку на сердце, не мог. Что ж, потрачу ещё месяц или два. Или, что вероятнее, в той же столице найду себе мага-наставника из числа подвизающихся при короле чародеев.

Наверняка кто-то скажет: как вообще можно предлагать подобное молодой неопытной девушке, только-только вступивший в возраст совершеннолетия? Мерзко и цинично. А пытаться выдать ради своего финансового благополучия единственную дочь за вроде как перспективного незнакомца – не цинично, нет? Вдобавок, уж кем-кем, а нежным домашним цветочком Милана точно не была. Я ей определённо понравился, но иллюзии строить не стоило: до момента, когда блондинка совершенно точно определится, что хочет от жизни, и окончательно выберет, с кем она будет добиваться желаемого, было очень далеко.

Учитывая, что я собирался строить карьеру в республике, побыть на положении фиктивного супруга я был готов. Но на положение просто супруга, которому едва ли не в открытую наставляют рога – увольте. Тем более практика держать при себе чуть ли не официальных фаворитов и фавориток у влиятельных персон при дворах местных монархов не являлась чем-то там постыдным или хотя бы скрываемым. Скорее, наоборот: безвестному рыцарю подсунуть свою красавицу-жену в постель иного герцога было сродни выигрышу в лотерее: посты и награды были обеспечены. А хорошо потрудится благоверная – ещё и с манором с причитающимся к нему титулом фортанет! Ну а скрасить холодные ночи в пустой постельке и смазливая служанка может… или сразу две, а чего сдерживаться-то? И всем хорошо… тьфу, блин.

– Арн, вот как ты умудрился стать… таким? – исчерпав темы для обсуждения будущего, но не запал, блондинка ожидаемо перешла на личности. Решить прямо сейчас она ничего не могла, или уже решила, но пока не смирилась со своим решением, и потому, дабы не трепать нервы себе, стала дальше отыгрываться на мне. По мнению баронетты это было справедливо. Кроме того, она, как опытный следователь на допросе, повторяя раз за разом одни и те же вопросы разными словами, пыталась вытянуть из меня дополнительные крохи информации. Сложно сказать, зачем – думаю, Мила и себе не ответила бы. Но то, что любые сведения обо мне ей в будущем лишними не будут, девушка явно решила. Ну там мало ли – вдруг я действительно стану могущественным магистром магии, и тут она такая появляется и напоминает о себе… м-да. – Мне сказали, что тебя мать просто от себя не отпускала, не разрешала отходить от поместья дальше сотни шагов – так волновалась о здоровье младшего сына. А когда поняла, что дети живущих при доме Бертран дворян тебя обижают – своей волей разогнала всех нафиг, не спросив разрешения пригласившего их мужа, кроме семейства сэра Матиаса. И вообще перестала звать гостей из других маноров – и с отпрысками, и без.

– Какие подробности, – удивился я. Интересно как, вот таких откровений я ещё не слышал. – Достала всё-таки Кару?

– Нет, – Милана дёрнула щекой, я уже успел запомнить этот жест досады. Рыжая, которую я ещё на третий день пребывания в герцогстве попросил не распространяться обо мне, если будут спрашивать – ну так, чисто на всякий случай, против бывшей госпожи держалась молодцом. Впрочем, младшая Пэра бывшую фрейлину особо не доставала – подбить глаз кому угодно дочке рыцаря было что плюнуть. Особо голосистый мелкий купчик из делегации финансовых воротил Сплава уже распробовал это “угощение”. А вот нефиг было сходу пытаться наезжать на слуг и служанок поместья. – Если что, твои горничные не всегда умеют понижать голос насколько нужно… особенно когда обсуждают любимого господина.

Увидев лёгкий румянец на щеках “наречённой”, я почувствовал, что и сам краснею: понял, в каком контексте горняшки со второго этажа, в полном составе включённые в торговое представительство, обсуждали моё “здоровье”. Надо будет ночью постараться аккуратно расспросить Ле о “себе”-молодом – чем, интересно, таким болел маленький Арн, что его, одарённого Жизни, пришлось выхаживать целому магистру той же Стихии? Однако, похоже я всё-таки был несколько худшего мнения о Лилиане, чем она того заслуживала: и как о человеке, и как о маге. Чем бы там не болел младшенький Бертран, на момент моего попадания проблем уже не было…

– Книги, Мила. Просто много книг – и невозможность побегать по улице в своё удовольствие, – пожал плечами я. – А ещё ежедневное общение с родительницей-магессой. Когда хорошо умеешь слушать, услышать и запомнить получается много чего интересного… мне ли тебе объяснять?

– Ну да, ну да, – поковыряла ложечкой в серебрянной салатнице, неведомо где раскопанной для привередливой клиентки владельцем трактира, девушка. Сложно сказать, поверила ли она мне, или просто засчитала как шпильку в ответ на её намёк, но желание пикироваться дальше у блондинки, похоже, наконец пропало. – Ладно. Я думаю… стой! Это же Сэм! И Стивен Бюсс с ним!