Во взгляде серых глаз, обращенных на меня, плескалась тоска, перемешанная с обидой. Руки Крис сжались в кулаки, брови сошлись над переносицей.

– Тому, кто остался, всегда тяжелее!
– гневно призналась инопланетянка.
– Если бы не обещание жить, данное сестре, я бы непременно последовала за ней.

Такой Крис я еще не видела. Всегда доброжелательная и спокойная, сейчас она походила на сумасшедшую. Именно такими мне всегда представлялись маньячки, готовые на любой, самый отчаянный поступок.

Но Крис быстро совладала с собой. Лицо ее приобрело доброжелательное выражение, а голос вновь стал мягким:

– Не обращай на меня внимания. Я смирилась со смертью сестры: переделала номер, научилась отвлекаться от тоски по ней и наслаждаться жизнью, невзирая ни на что.

Она отвернулась, смахнула рукавом слезы и принялась с неким ожесточением оттирать пол от сажи. По ее поведению стало понятно - продолжать разговор не стоит. На Лаэсе у всех проблемы с прошлым, которыми никто не спешит делиться.

И все же краем глаза я продолжала наблюдать за Крис. Некоторые ее действия заставляли задуматься. Другие - и вовсе пугали.

Например, сейчас Крис, собирая осколки от прожектов, поранилась. Стекляшка впилась ей в ладонь, выдавив каплю фиолетово-красной крови. Конечно, не смертельно, но наверняка больно.

Я поразилась стойкости инопланетянки - Крис и бровью не повела. Схватилась за инородный предмет, но вместо того чтобы выдернуть из раны, несколько раз провернула. При этом на лице ее явственно отразилось блаженство.

Не понимая, в чем дело, я тихонько позвала:

– Кри-и-ис... Хочешь, я принесу дезинфектор и пластырь?

Она резко обернулась и спрятала пораненную руку за спиной. Смущенно улыбнулась, стесняясь того, что ее странное поведение заметили.

– Нет, не нужно, я сама, - произнесла хрипловатым голосом.
– Скоро вернусь.

И убежала с арены.

Я лишь пожала плечами. Понять мотивацию поступков инопланетян иногда оказывалось задачей непосильной. Вдруг у Ливонцев так принято - причинять себе боль.

Правда, в моем родном мире мазохистов тоже хватает. Я вот, к примеру, подрабатывала Чебурашкой. Терпела взбалмошного начальника и насмешки знакомых. Наслаждения от этого не испытывала, разве что в день зарплаты...

Порассуждать о наклонностях инопланетян и землян всласть мне не удалось. На Арену вошли Хан и Ирон. Оба сияющие, точно рассветное солнце. Наверняка починили Лаэс, вот и довольны.

Первым моим порывом было броситься к Хану в объятия. Сказать, как сильно волновалась и ждала его возвращения. Но проклятая гордыня не позволила нарушить данное себе обещание: не сдаваться никогда и никому.

– Все прошло успешно?
– спросила я, стараясь, чтобы голос не выдал внутреннее волнение.

– До космопорта дотянем, а там придется раскошеливаться, - сообщил Хан.
– Вижу, ты понапрасну времени не теряла. А почему одна, где остальные?

Его забота поразила в самое сердце. Или он просто хотел побыстрее закончить с уборкой? Ведь вскоре нам предстояло новое выступление...

– Крис поранила руку, но скоро вернется, - произнесла я, не вдаваясь в подробности.
– А Рин и Амула... они... немного заняты.

Почему-то рядом с Ханом мне от одной мысли о близости становилось не по себе. Потому я старалась избегать подобных тем. А если и приходилось обсуждать интимные моменты, смущалась, точно школьница.

– Понятно, - кивнул Ханн, словно не заметив моего смущения.
– У них всегда одно на уме...

– Ничего, мы тебе поможем, Пантера, - разрядил обстановку Ирон.
– А ребята, как освободятся, тоже подтянутся.

Несколько долгих часов мы работали молча. Вскоре вернулась Крис, а после вернулись и Рин с Амулой. Дело пошло гораздо быстрее.

После того как порядок на арене был более-менее восстановлен, мы все собрались в общей столовой. Ужин приготовить я не успела, да никто от меня этого и не ждал. Все слишком устали - вымотались морально и физически. А ведь еще предстояло навести порядок в каютах, починить испорченное осветительное оборудование, сшить новые чехлы для зрительских кресел... Всего и не перечислить.

– Все могло закончиться гораздо хуже, - многозначительно заметил Ирон, прерывая общее молчание.

Я отвлеклась от поглощения безвкусной субстанции из контейнера и посмотрела на великана.