— Ставр Ингварич! — Спустившись в дворницкую, окликнул я сидящего за столом хозяина помещения.

— А, новый жилец… Ерофей, да? — Глубоким басом отозвался тот, отвлекаясь от починки какого-то механизма. Рыжие от табачного дыма, усы зашевелились и раздвинулись. Как я понимаю, это была улыбка.

— Точно так, Ставр Ингварич. — Кивнул я. — Помощь ваша нужна. Подсказка.

— О как? — Удивился дворник, разворачиваясь ко мне всем корпусом. — И чем же я могу помочь?

Я поделился с Боевым своей проблемой. Тот недолго подумал и, что-то прикинув, поднялся на ноги. Протопав мимо меня, дворник парой привычных движений накинул и завязал свой «форменный» фартук и, убедившись, что внешний вид полностью соответствует его должности, поманил меня к выходу. А уже через пять минут я стоял на плоской части крыши нашего дома, отгороженной массивными и высокими перилами.

— Вот. Здесь, следующей весной, господин управляющий планирует разбить зимний сад. Лучшего места для занятий, в округе тебе не найти, Ерофей. — Прогудел дворник. И я был полностью с ним согласен. Удобная, ровная площадка, к тому же, судя по её виду, редко посещаемая людьми. Ограда достаточно высокая, так что, даже если увлекусь тренировкой, риска свалиться с высоты в четыре этажа, почти нет… и то, только потому, что доля риска есть даже в насквозь обыденном походе в туалет. В общем, очень даже неплохо.

— Значит, парень отправился на вольные хлеба. Это хорошо. Это правильно. — Еле заметно усмехнулся хозяин кабинета, отодвигая от себя папку с докладом. — А что с волхвами?

— Были небольшие шевеления, но всё… в пределах нормы, скажем так. — Собеседник еле заметно качнул головой, но в голосе его проскользнули нотки неуверенности.

— Подробнее. — Эта мелочь не ускользнула от моментально напрягшегося старика.

— Кажется, Бийские вновь вызвали неудовольствие общины. — Медленно проговорил гость. — Нам известно, что их эмиссары, по крайней мере, трижды навещали известный хутор и дважды беседы с его хозяевами заканчивались для бедолаг трёпкой.

— Пф! — Усмехнулся старик. — Ни на секунду не сомневаюсь. Чтобы свалить таких зубров, как наши «отщепенцы», нужен как минимум малый круг волхвов, а если их будет меньше шести, Бийские просто раскатают хамов в лепёшку.

— Ну, до такого дело не дошло, но и переломами визитёры не отделывались. Однажды, пришлось даже подогнать карету «скорой помощи», поскольку без немедленного вмешательства, бедолаге грозил как минимум месяц в палате интенсивной терапии.

— Интересно. — Покивал хозяин кабинета. — Знать бы ещё, что на этот раз не устроило наших замшелых старичков, что они стряхнули плесень с бород и полезли к Бийским?

— С этим сложнее. — Признался визитёр, впрочем, на этот раз он даже не потрудился изобразить виноватое выражение лица. Знал, что именно в этой сфере, начальник больших запросов не имеет и досконального, всестороннего освещения жизни общины волхвов не требует. По крайней мере, до тех пор, пока не всплывёт что-то достойное… Другое дело, вовремя понять, что именно хозяин этого кабинета сочтёт заслуживающим его внимательного взгляда, не дано понять даже его преемникам.

— Сложности закаляют. — Лениво заметил старик, и его гость мысленно скривился. Ну вот… что он говорил?!

— Сложности развивают. — Чуть приглушённо дополнил бывший подчинённый бывшего главы одного не очень публичного ведомства.

— А значит, что? — С улыбкой доброго учителя, опрашивающего прилежного ученика, спросил хозяин кабинета, сверкнув стёклами пенсне, в которых на миг отразилось пламя невесть с чего зажжённого летом камина. Зрелище… почти мистическое.

— Идут на пользу делу. — Завершил любимую присказку начальника, его гость.

— Итак? Могу я надеяться, что в следующем докладе будет информация о причинах суеты волхвов?

— Разумеется. Столько, сколько мы сможем отыскать. — Кивнул визитёр.

— Славно-славно. — Старик стёр улыбку с лица. — А теперь, о частностях. В докладе есть замечание наблюдателя о том, что Бийские, фактически, выставили парня из дома. Почему не разошлись мирно?

— Прошу прощения, но эту информацию мы не смогли ни подтвердить, ни опровергнуть. Заметка наблюдателя очень субъективна и основана лишь на его предположениях. — Отчеканил бывший подчинённый.

— А что сами Бийские?

— Они избегали любых контактов. Давить… наши люди не посмели. Да у них и возможности не было, без раскрытия своей принадлежности, это дохлый номер. — Развёл руками гость.

— Фигурант? — Тон старика не изменился ни на йоту, так что и не понять, то ли он одобряет осторожность наблюдателей, то ли, наоборот, недоволен.

— Тут другое. — Чуть помолчав, задумчиво произнёс собеседник хозяина кабинета. — Я пытался выйти с ним на контакт, прикинулся заказчиком-ювелиром. Мы проговорили больше трёх часов, но… клянусь, я никогда не видел более закрытого человека. Вроде бы, вот он сидит, улыбается. Что-то рассказывает, с интересом слушает, но дальше определённой черты, ни-ни. Как стена… бетонная. ДОТ.