— Да? Ну смотрим.

— Рэндэл, а может и ты поспоришь? — не мог уняться Авокер. — Глянь сколько желающих, и никто не верит!

— Рэнд, а может поспорить мне? — спросил Дэвид.

— Не советую.

Чип для прикида засунул в зубы сигару и взял автомат в одну руку, зажав приклад под мышкой. Наступила тишина, никто даже не дышал. Он начал стрелять, и у всех на глазах с фантастической точностью одна за другой разлетались бутылки. Уши, у тех, кто стоял рядом, заложило, чувствовался запах пороха. Потом стало тихо. Все стали всматриваться вперёд.

— Одна осталась! — завопил Авокер, — какая досада!

Чип смеялся.

— Готов поспорить под ящик пива, что он сделал это специально, — говорил Рэндэл Дэвиду, когда они шли обратно в номер.

— Спорим! — согласился Дэвид, — я его спрошу!

— Да иди ты! Чипа только спрашивать.

Оба засмеялись. Они вошли в холл гостиницы «Миссури». Настроение у всех было на подъёме. Рэндэл проходил мимо приёмного стола, возле которого в книгу записывался новый турист. Одна фамилия на листах показалась очень знакомой.

— Дэвид, ты точно помнишь как звали пропавшего участника вашей экспедиции?

— Ну да, а что?

— И как его звали? Это очень важно.

— Майк Толер, а ты к чему собственно спрашиваешь?

Рэндэл пока ничего не ответил. Он подошёл к швейцару, выхватил его книгу, начал листать и через две страницы остановился. Он махнул рукой, и к нему подошли Дэвид с Чипом.

— Он остановился здесь позавчера, номер 149, — сказал Рэндэл, отдавая книгу обратно. Теперь он спросил у швейцара таким тоном, что тот не смог не ответить:

— Майк Толер остановился у вас в 149 номере позавчера?

— Да, а что? — Чип уже совал двадцать долларов.

— Как он выглядит?

— Белый, среднего роста и возраста, волосы светлые.

Рэндэл вопросительно посмотрел на Дэвида.

— У него были тёмные волосы, — сказал Дэвид. — А насчёт белого среднего роста и возраста он прав.

— Волосы можно перекрасить, как, впрочем, изменить цвет глаз, — Рэндэл снова обращался к швейцару. — А теперь скажи мне последнее, когда и куда Майк Толер в последний раз шёл?

— Он вернулся к себе в номер несколько часов назад.

— Сам?

— Рэнд, разве это так важно? — спросил Дэвид, рвавшийся вперёд, но протосс его даже не слушал.

— Нет, с ним было ещё два человека.

Номер 149 находился на последнем пятом этаже. Поднимались по пустой лестнице. Только один раз между третьим и четвёртым этажами им встретились два мужика в костюмах, тихо спускающихся вниз. От них незаметно для Дэвида, но ужасно для обоих протов пахло дорогими духами.

Длинный коридор пятого этажа был также полностью пустым. Чип достал автомат и прошёл вперёд, они медленно продвигались к нужному номеру.

— Этот.

Дэвид стоял возле закрытой двери и прислушивался. Рэндэл принюхался к дверной щели и сказал:

— Что-то тут неладно. Звуков никаких.

Чип легко пихнул дверь, и она оказалась открыта. Все трое, они вошли в комнату. Передняя пустая, комната — тоже. Зато на кухне нашли недавно застреленный труп, и Дэвид опознал его.

— Эти вонючие духи, — заметил Чип, — в этой квартире есть немного той вони, которая шла от терранов, с которыми мы столкнулись на лестнице.

Они с Рэндэлом переглянулись. Чип сорвался с места и вылетел из номера.

— Эй, стой! Я с тобой, — крикнул Рэндэл и тоже скрылся. Он всё-таки успел крикнуть Дэвиду:

— Ты пока ищи тут, перерой всё. К себе в номер не ходи, встретимся завтра в семь утра возле фонтана.

«Вот тебе и дерьмо! — подумал Дэвид, присаживаясь на диван. — Теперь мне надо перерыть всю квартиру верх дном». Он вышел на балкон и долго смотрел на город и идущую за ним тундру. Рэндэл с Чипом сейчас, наверное, стреляли, или бежали за кем-то, а Дэвид так спокойно сидел на балконе и смотрел вниз. Потом он стал рыться в ящиках, но не нашёл ничего — почти все ящики были пустые. Он смотрел в микроволновке, даже в бачке унитаза, но ничего не было. Последним делом Дэвид решил проверить внутри компьютера, взял отвёртку, но его прервали. В номер зашли два человека и два прота. Это были швейцар, гостиничный охранник и два полицейских протосса. Бежать было нельзя и Дэвид только ждал, когда они найдут труп, а потом окажется, что он последний участник той самой перебитой экспедиции, и всё повесят на него.

Ледниковый период 7000-68000 гг. был искусственным, потому и таким коротким. Люди не хотели холода, но в разгар застоя для его предотвращения ничего не сделали.

Нефть и газ сожгли сразу, и температура поднялась. Потом долго использовали атомную энергию, но и её ресурсы тоже не безграничны. Четыре тысячи лет промышленность держалась на ядерных реакторах, четыре тысячи лет люди грели планету, но она почему-то уже не грелась и климат понемногу даже становился холоднее. Когда основные ресурсы закончились, начался долгий кризис, а вместе с ним очень резкое похолодание. От этого людям стало ещё хуже.