Малхотра принял обычную для себя позу, расправив плечи и сложив руки за спиной.

— Сэр, могу я запросить доступ к реестру технических ресурсов? Я сегодня ушел, сказав им, что собираюсь найти необходимые детали для генератора.

— Хорошо, подберите, что вам нужно.

Рэн стопкой собрал снимки и засунул их обратно в папку. Какое-то время прошло в молчании. Генерал задумчиво наблюдал за Эшвином, пока, наконец, не решился.

— Я послал тебя на эту миссию, потому что я доверяю твоей этике, Малхотра. Твоему чувству правоты и моральным принципам. Не все из ваших собратьев Махаи разделяют твое… внутреннее восприятие истины.

Слова звучали как комплимент, но была какая-то нота напряженности в его тоне, и Эшвин не был до конца уверен, как реагировать.

— Сэр?

— Я также признаю, что отправлять тебя было определенным риском. — Рэн постукивал пальцами по столу. — Казалось маловероятным, что Гидеон Риос окажется таким же в личном общении, каким он кажется на общественных мероприятиях. Я знал, что рисковал потерять тебя так же, как мы потеряли Лоренцо Круза.

Адреналин зашкаливал, и потребовался весь самоконтроль Эшвина, чтобы оставаться неподвижным. Одной рукой генерал продолжал непроизвольно постукивать по столу, а другая была у него на коленях.

Или тянулась за пистолетом?

— Это должно остаться между нами, лейтенант. И если ты когда-нибудь повторишь мои слова, я буду отрицать их. — Рэн наклонился вперед. — Мне пофиг, если ты станешь уважать Гидеона Риоса. Мне пофиг, если ты придешь к выводу, что твоя лояльность противоречива. Я хочу, чтобы ты оставался там, рядом с этим человеком. Потому что если он когда-нибудь станет монстром, каким был его дед, я знаю, что ты будешь первым человеком, пустившим ему пулю между глаз ради проклятой преданности своим личным принципам.

Эшвин внимательно слушал слова генерала, вычленяя из них смысл и подтекст. Рэн предлагал ему сделку. Сделку с дьяволом. Если он примет это предложение, его миссия в Секторе 1 будет затяжной. Потенциально неопределенной. В глубине его сознания не было никакого напряжения, предупреждающего о возможной двусмысленности или сомнении. Нет оснований полагать, что однажды он проснется и окажется отозванным обратно для другой миссии.

Рэн предлагал ему постоянную бессрочную должность в единственном месте, в котором он когда-либо хотел быть. И в обмен он должен был согласиться убить человека, который первым поверил, что Эшвин может быть чем-то большим, чем биоробот запрограммированный на уничтожение.

Но только в том случае, если Гидеон станет монстром.

В чем-то генерал Рэн был прав. Если Гидеон начнет злоупотреблять своей властью, Эшвин не сможет стоять в стороне и смотреть. Его новообретенное чувство верности и инстинкт защитника не допустят этого. От падения Гидеона, скорее всего, пострадают те люди, которые пришли к его вере, как и Эшвин — Дикон и Всадники. Марисела с ее вечными оптимистичными улыбками.

Koрa, которая никогда не позволит Гидеону истечь кровью и станет винить себя за то, что не остановила его, так же, как сделала бы с Эшвином.

Обеты, которые он дал той ночью, когда стал Всадником, обязали его защищать Сектор 1 и королевскую семью. И самый простой способ сдержать их заключался в том, чтобы убедиться, что Гидеон не поддастся соблазнам власти.

С точки зрения Эшвина, Гидеон согласился бы с его домыслами.

— Лейтенант? — окликнул генерал Рэн.

— Я могу дать это обещание, — ответил Эшвин ровным голосом. — Я не думаю, что Гидеон Риос в настоящее время представляет угрозу для Базы. Учитывая достаточное количество времени, я смогу полностью завоевать его доверие и полагаю, что буду в состоянии гарантировать и дальнейшую безопасность Базы.

— Отлично. — Рэн махнул на него рукой. — Вы свободны, лейтенант.

Малхотра отдал честь, развернулся и, чеканя шаг, покинул зал наблюдения. Люди жались к стенам, когда он проходил мимо, но в этот раз он едва ли обращал на них внимание. Он покинул здание и направился обратно к своему мотоциклу, остановившись у склада запчастей только для того, чтобы захватить приводной ремень. Зик уже всех достал скулежом в попытках найти эту запчасть для своего байка.

Самодовольный ублюдок полностью заслужил это.

Никто не остановил его, когда он проехал на мотоцикле через ворота. Малхотра покатил по дороге, миновав заграждения из колючей проволоки, и повернул к старому шоссе, соединявшему Базу с Эдемом. В пяти милях от города он перевалил вершину холма и увидел Зика, Ивэна и Дикона, ожидавших его на обочине дороги.

Зик возбужденно подбросил ключи, когда Эшвин остановился и снял шлем.

— Ну? — не выдержал он. — Тебя не изрешетили пулями, и я не слышал никаких взрывов. Неужели все сработало?