добавил он и подмигнул. – Даже переплачен.

Я кивнул. – Понял.

Он обернулся, но прежде чем ушёл, спросил. – Наша кулинарная битва на

следующей неделе в силе?

Я ухмыльнулся. – О да… всё в силе.

Он улыбнулся и махал, пока отъезжал.

Я занёс сумку в комнату. Мама уже проковыляла в свою комнату в задней части

церкви. Я принёс её сумку в её комнату. – Вот сумка, Маргарет.

– Маргарет? – она взглянула на меня круглыми глазами. – Ты никогда не называл

меня так.

Я нахмурился, когда она подошла ко мне и положила руки мне на плечи. – Тебе не

нравится? – я спросил.

Она расправила мою куртку, как она всегда делала, когда беспокоилась. – Мне

нравится, когда ты называешь меня Мамой. Так я чувствую себя полезной.

Тёплая улыбка на её лице сделала меня счастливым, и я положил свою руку поверх

её и сжал. – Ты всегда будешь моей матерью.

– Ты уверен? Потому что, похоже, у тебя уже есть кое–кто на примете. – Она

захихикала и многозначительно посмотрела на дверь. Когда я оглянулся, то заметил

Лауру, выглядывающую из коридора.

– Она та ещё девушка, – прошептала Мама. – Напористая до мозга костей и очень

дерзкая. – Она мягко потрепала меня за щёку. – Как раз для моего мальчика.

Я ухмыльнулся. – Она такая… и Мама тоже.

– Я думаю, что вы двое справитесь с Бруно…

– Думаешь? – я ценил её мнение. На самом деле, очень сильно.

– Он такой же энергичный и храбрый, как и ты в детстве, – сказала она.

– Правда? – на лице появилась кривая улыбка.

– Конечно, и знаешь, что? Думаю, что они ждут тебя.

– Но… – я схватил её руку. – Я не могу оставить тебя одну в этом огромном месте.

Она усмехнулась. – Конечно, можешь. Ты делал это раньше.

Я почесал затылок. – Верно…

– Но эти мальчики и эта девушка – хорошая причина, – она снова потрепала меня

по щеке, в этот раз даже сильнее, словно пытаясь преподать мне урок.

– Так ты согласна с…?

– Конечно, согласна. Просто иди, – она развернула меня и толкнула. – Будь там, где

должен.

– Но я всё же буду приходить на проповеди… – пробормотал я.

– Да, да. Но не сегодня, – к удивлению, она шлёпнула меня по заднице, и даже

немного побаливало. – Теперь иди.

– Хорошо, хорошо, – сказал я, рассмеявшись.

Теплота наполнила мою грудь в тот момент, когда я увидел сияющую улыбку

Лауры, когда она встречала меня. – Эй.

– И тебе привет, – протянул я, поднимая брови, пока она не засмеялась. – Секунду, мне нужно взять сумку.

– Хорошо, – ответила она, когда я быстро забежал в комнату и вышел к ней с

сумкой в руке. – Я готов, если ты готова.

Она игриво шлёпнула меня по груди и сказала. – Давай. Они ждут.

– Под ними ты подразумеваешь, мальчиков, предполагаю?

Она скрестила руки. – А кто ещё? Кроме того, они сами спрашивали, почему ты не

дома.

Я обнял её за плечи, и мы повернулись и пошли к выходу. – Ты понимаешь, что

дала мне зелёный свет?

Она захихикала. – Как будто кто–то сомневался.

Я притянул её ближе. – Ну, теперь ты получишь.

Я не мог перестать ухмыляться. Всю дорогу до её дома я был чертовски счастлив. А

это кое о чём говорило.

Когда я выпрыгнул из машины, Бруно выглянул из окна с большой, широкой

улыбкой на лице, крича брату. Он выбежал и открыл нам дверь.

– Папочка!

Его лицо и его улыбка, пока он выбегал на двор и бежал в мои руки – всё, что мне

нужно.

Я здесь.

Я там, где я должен быть.