– Привет–привет! – кричит парень с битой и ударяет по скамье слева от него. –

Давно не виделись!

Мама в шоке прижимает руку ко рту, замирая на полу.

– А симпатичная у вас тут церковь, – говорит тот, что с пистолетом, оглядываясь

вокруг. – Будет очень плохо, если с ней что–то случится, вы так не думаете?

Чем дольше я смотрел на них, тем яснее начал понимать, что именно они были в

машине на кладбище.

Они пошли за мной сюда?

– Вернулись за реваншем? – спросил я, наклонив голову.

– О да, – один из них вновь замахивается своей битой и обрушивает её на колонну,

осколки камней летят по комнате.

Стиснув зубы, я сжимаю кулак и зло смотрю на них. – Оставьте церковь в покое. У

вас драка со мной.

– Или что? – спрашивает тот, что с пистолетом. – Ты пришлёпнешь нас Библией? –

он смеётся, когда подходит к Матери. – Или это сделает она?

– Отойди от неё, – рычу я и иду к ней, закрывая её собой, чтобы они не смогли

навредить.

Парень с пистолетом наклоняется ко мне, но не двигается ни на миллиметр.

– Иди, – я шепчу Маргарет через плечо. – Запрись в комнате и не выходи, пока я не

скажу.

– Да, иди, бабуля, – смеётся тот, что с битой, и разбивает на осколки вазу в углу.

– Пойдём со мной. Я не хочу, чтобы тебе сделали больно, – шепчет Мама, хватая

мою руку.

Не смотря на всё, что было, она всё ещё старается защитить меня.

Но теперь моя очередь.

Я сбрасываю её руку. – Не сделают. Обещаю. – Я вытаскиваю свой воротник и

разминаю шею. Позади меня Маргарет медленно отходит к задним помещениям церкви,

и когда я слышу, как щёлкает дверной замок, я знаю, что игра началась.

– Ты готов ко второму раунду, симпатяжка? – угрожает парень с пистолетом и

плюёт на мраморный пол. – Мы подготовились.

– Вы хоть знаете, где находитесь? – спросил я, наклоняя голову, пока закатывал

рукава.

– В чёртовой церкви. – Тот, что с битой, ударяет по другой скамье и разламывает

дерево надвое.

– Знаете, вам придётся заплатить за это, – говорю я.

Он смеётся. – Да, и как же?

Парень с пистолетом усмехается и острит. – Да, расскажи нам, как же мы

поплатимся за это, так как я знаю, что… мы пришли, чтобы разнести всё к хренам.

– Вы пришли, чтобы разрушить всё к хренам, – повторяю я, немного кивая, и иду к

ним обычной походкой. – И вы выбрали церковь. Из всех мест.

– Ты был здесь, – сказал Бита–парень.

– Оу, так вы пришли за мной, – перебиваю я и щурюсь. – Знаете, мы могли бы

решить всё снаружи и церковь бы осталась целой, и всё прошло бы по лёгкому пути.

Никто бы не пострадал.

– Никто? – засмеялся Бита–парень.

– Кроме тебя, – сказал Парень–пистолет, рассмеявшись тоже.

Я улыбнулся. – Продолжай повторять это себе и возможно поверишь. После того,

как я надеру ваши задницы по первое число.

– Ха… забавно, что ты так говоришь, – сказал Парень–пистолет, направляя на меня

оружие. – Очень жаль, что только у одного из нас есть пистолет.

– Предполагается, что он компенсирует маленький размер? – пошутил я,

оглядывая его маленькое тело с ног до головы. Я усмехнулся, когда увидел, как

перекосило его лицо, и он направился ко мне.

Наверное, и мне пора двигаться.

Они связались не с тем проповедником.

Как только он оказался передо мной и пистолет был в зоне досягаемости, то я

ударил по его руке, и оттолкнул её в сторону. Пистолет опустился, и пуля срикошетила от

стены и попала в пол. Я быстро схватил его за запястье и заставил бросить пистолет.

Он завизжал от боли, и затем его приятель рванул ко мне, размахивая битой, как

будто гигантским отбивным молотком.

Вдарив Парню–пистолету по яйцам и приложив его лицом о моё колено, я

отбросил его и схватил биту до того, как она встретилась с моим лицом, удерживая её с

большим напряжением. Возможно я немного пьян, но это не делает меня слабым… Это

только делает меня большей сволочью.

Я оттолкнул её так сильно, что она вмазала ему по лбу и дезориентировала его.