И это кто кого провожает в последний путь?! Тьфу ты, в новую школу?

– Региша-а-а, - девочки всё-таки не выдержали и разревелись.
– Как ты там будешь жи-и-ить?- они облепили меня со всех сторон.

"Это кто ещё без кого страдать будет ", - подумалось мне.

– Что за поминки?
– весело спросил наш усатый директор Борис Марселович.

И я поняла, что люблю этого дядьку! В течение пяти лет учёбы в этой школе я была к нему безразлична, а сейчас люблю! люблю за то, что прекратил этот вселенский потоп.

Девочки стали успокаиваться и, наконец, отлипли от меня.

– Она уходит от нас в другую школу, - пожаловалась Василиса, - к оборотня-я-ям, - я уже подумала, она заново начнёт потоп, но обошлось.

– Правильно говорить "волчий народ ", а не оборотни, - попенял Борис Марселович.
– И чего вы ревёте, не на Марс же отправляете, в одном городе жить остаётесь!

– Вот-вот, а я им о чём говорю?
– вставила я своё слово.
– Кстати, я к вам за документами.

– Конечно-конечно идём. Жаль, что от нас уходишь, такая хорошая ученица...- начал было директор.

– Вам слёзы не пойдут, - серьёзным тоном заверила его я.

– Что?- он немного опешил или не расслышал.

– Я говорю, только не плачьте, а то слёзы вам не к лицу.

До директора наконец дошло, что я имею в виду, и он весело рассмеялся.

– Вот ещё один повод сожалеть о твоём переводе, - наставительно сказал он, открывая дверь в свой кабинет и пропуская вперёд меня.
– Такую юмористку теряем.

И тут же перешёл к деловому тону:

– Документы тебе уже приготовили, заберёшь в приёмной. А если будут какие-то проблемы в новой школе, звони мне: у меня есть кое-какие связи там, - и подал свою визитку.

Я поблагодарила и взяла карточку.

– Ну, вот и всё, удачи тебе на новом месте, - на прощанье он протянул мне руку, и я пожала её. Она оказалась странно горячей, или это у меня от волнения в связи с предстоящим переводом руки заледенели?

***

Вечером мама меня обрадовала:

– Завтра пойдёшь в новую школу, познакомишься с местом и учителями.

– А может не надо?
– попробовала я отвертеться, хотелось отложить на подольше это знакомство.

– Нет, папа уже договорился с нашим соседом, господином Игристым, что тот попросит своего сына присмотреть за тобой в школе. Так что ничего страшного: у тебя будет в школе как минимум один знакомый, - закончила оптимистично мама.

– О-о-о, - простонала я и зарылась лицом в диванную подушку.

– Будет, тебе будет, - она ласково погладила меня по голове.
– Хочешь, я завтра испеку твой любимый пирог?

– Хочу, - глухо ответила я в подушку и добавила, - и съем его одна, -для подтверждения серьёзности своих намерений я подняла указательный палец вверх.

– Хорошо, моя сладкоежка, - мама улыбнулась и поцеловала в макушку.

***

– Так чего ты ждёшь, целуй меня: очевидное желанье исходит от меня,- подпевала я модной песенке, льющейся из старенького радиоприёмника, доставшегося нам от прежних жильцов.

Вообще складывалось впечатление, что они это место покидали в спешке: осталось очень много их вещей. Мы сложили их в одной из комнат второго этажа: всё равно там никто не жил, родители выбрали себе спальню на первом этаже, а я облюбовала комнатку под крышей. А что, необычная. Скаты кровли создавали не ровный потолок, а под углом. И замечательный вид открывался из окна: на живописный квартал оборотней. Я избавила комнату от лишней мебели, оставив лишь небольшую кровать, шкаф, вычурной формы, под старину, такой же музейный стол, слегка обшарпанный, и стул с красивой гнутой спинкой. У меня никогда не было стольких интересных вещей. Наша прежняя квартира, была казённая, и вся мебель в ней была хоть и новая, но стандартная и лишенная индивидуальности. Папа обещал в скором времени прибить мне полочки для цветов и книг, и совсем станет уютно. А что, красиво будет смотреться: висячие растения по стенам, облицованным деревянными планками, покрытыми лаком, легкие тюлевые занавески и пушистый бежевый коврик. Да я здесь как принцесса буду жить в собственном будуаре!

На улице уже стемнело, было поздно, и я собиралась лечь спать. Общий свет выключила, оставила лишь ночник.

Неожиданный глухой стук по крыше пристройки к дому, на которую выходило моё окно, привлёк моё внимание. Я выключила свет и, крадучись, подобралась к окну. На улице темно, хоть глаз выколи. Я приникла носом к стеклу, сложила руки лодочкой, чтобы лучше было видно. Безрезультатно, виднелись только какие-то смутные тени. Может это деревья?

– Ты чего там выглядываешь?
– неожиданно за спиной раздался незнакомый мужской голос.

Я взвизгнула и чуть не выпрыгнула в окно. Незваный пришелец успел перехватить меня. От прикосновения чужих рук я ещё больше перепугалась, стала брыкаться и вырываться.

– Отпусти!

– Да тихо ты! Отпущу, только не дёргайся.

Голос не казался агрессивным. Это меня немного успокоило. Усилием воли я взяла себя в руки. Меня отпустили. Я развернулась лицом к опасности. Передо мной стоял кто-то очень высокий (выше меня на голову) и широкоплечий. Я видела лишь тёмный силуэт. Темнота в виде силуэта хмыкнула, на мгновение пропала из поля зрения, и меня ослепила вспышка света: этот гадёныш, кем бы он ни был, без предупреждения включил лампу. Как только проморгалась, во вкрадчивом свете ночника разглядела своего ночного визитёра. Им оказался высокий симпатичный парень, примерно моего возраста. И этот парень насмешливо улыбался.