– Что ж, – сказал Слав сотникам, – не вижу причин не попробовать план Темира. Ударим в тыл и сбросим нежить с обрыва.

– Единственное, что мне непонятно, – произнес Темир, – почему они атакуют правый фланг, а не центр с воротами? Ведь там пробиться гораздо проще, чем лезть на высокие стены.

– Наверное, потому, что сейчас день, – сказал Слав, – вся нежить в этой долине подчиняется Ядуну, и если за месяц, что я его не видел, ничего не изменилось, то колдун до сих пор не может ходить при свете дня, а значит, нежить действует по собственному почину.

– Может, и так, – согласился Темир. – Но сейчас нам пора.

– Строй полки, как сочтешь нужным, – приказал Слав, – в конце концов ты же воевода, а я простой путник, ставший предводителем вольной дружины. Так что, распоряжайся.

Через пять минут все было готово, Темир построил воинов в две колонны.

– Правая ударит в тыл нежити, левая с правого фланга. Мы оставим для гадов малый коридор и будем теснить нежить в него. Как только наши воины столкнуться с ворогом, обоз должен на полном ходу нестись к крепости, – отрапортовал Темир.

– Пусть боги помогут нам, – и Слав во главе левой колонны направился к плато. Следом потянулись три сотни всадников.

Все произошло так, как планировал Темир, всадники «г»-образным строем ударили по нежити. Слав затрубил в рог, давая сигнал обозу начать движение, и врубился в битву. Защитники на стенах воспряли духом, усилив обстрел из луков по упырям, которые парили над полем битвы, пытаясь улучить момент и опрокинуть какого-нибудь всадника.

Поначалу получилось так, как и было задумано: нежить, не ожидавшая нападения, была рассечена надвое. Меньшую часть прижали к стене, большую погнали к обрыву. Но вскоре эффект внезапности был исчерпан. Всадников Темира стали теснить, ведьмаки, неплохо вооруженные арсеналами крепостей и башен, находившихся по всей долине, строились на подобие пехотной стены и, беспорядочно размахивая мечами и топорами, числом давили немногочисленных ратников вольной дружины. Вовкулаки, получившие способность оборачиваться даже днем, бросались на коней, разрывая им глотки. Обезумившие от боли животные вставали на дыбы, стараясь сбросить своих седоков. Слав, видя, что еще немного, и они дрогнут, скомандовал своим дружинникам оставить почти что добитую под стенами нежить и ударить в оголенный левый фланг. Краем глаза он заметил, как к воротам несется появившаяся с подъема первая телега. Волы, тащившие ее, бежали, словно обезумев. Следом за ней появилась вторая, потом третья...

– Усилить натиск! – заорал Слав, и его воины поднажали, опрокидывая противостоящих им вовкулаков.

Что-то ударило в его щит настолько сильно, что Слав вылетел из седла, приложившись затылком о камень. Последнее, что он увидел, это огромные клыки, нацеленные в его шею. Потом все померкло.

– Где я? – спросил Слав, не видя вокруг ничего, кроме нечетких теней.

– На кромке, – отозвалось что-то огромное и могучее из темноты.

– Я умер?

– Нет, – ответило что-то.

– А кто ты? – спросил Слав, осваиваясь в игре в вопросы и ответы.

– Я кромешник, я решаю, кто пойдет в Ирий или обратно к земле-матушке.

– А мне куда, если я не умер?

– Тебе обратно, откуда пришел. Тем более, над тобой уже несколько часов колдуют мощные ведуны, еще немного и твое забытье кончится. Но прежде, чем ты уйдешь, я хочу тебе кое-что показать.

Тьма рассеялась, и Слав увидел, что стоит посредине огромного зала. Некогда он был прекрасен, но сейчас вгонял в тоску, блеск и великолепие скрыто под пылью и паутиной. Посредине стоял огромный саркофаг из незнакомого прозрачного камня.

– Там, – раздался в голове Слава голос кромешника, – покоится Рус – великий князь славов. Это он заточил Ядуна, моего врага, в ту пещеру. В руках у Руса свиток. Если прочесть его до половины, как это сделал князь, Ядун вернется в заточение. А если целиком, то мой враг вернется на кромку, и мы снова будем биться за души людей.

– Ты хочешь, чтобы я нашел и прочел свиток? – спросил Слав.

– Да, тебе выпала эта нелегкая ноша, ведь ты последний потомок Руса. И только тебе это под силу.

– Но как я попаду туда?

– Спроси у Ратмира, он укажет тебе дорогу к городу, который некогда носил название Аркона. Был столицей могучего княжества славов. Теперь он невидим. Только потомки Руса способны его отыскать. В Арконе стоит храм Световида, там хранилась каменная чаша Сварога, в которой пылал жидкий первородный огонь, подаренный людям. Теперь стараниями Ядуна она разбита. Именно тогда его и заточил Рус в каменную пещеру, из которой его выпустил князь Витим. А теперь тебе пора. Достань свиток и прочти его до конца.

Темнота начала понемногу рассеиваться, Слав уже видел очертания комнаты и лица склонившихся над ним людей, а в ушах все звучал голос Кромешника: «Прочти до конца».

– Очнулся, – закричал кто-то, и тут же комната огласилась радостными воплями.

– Чарку, дайте мне мою чарку, – прохрипел Слав.

– Сейчас, – раздался знакомый женский голос и, расталкивая целителей, к ложу протиснулась Рысь. – На, выпей, – протягивая ему пустую малахитовую чарку, сказала она, не глядя на удивленные лица лекарей.