– Неплохое начало, – подъезжая к Славу, произнес Радко.

– А мне не по душе, в дружине шапкозакидательское настроение. Я уже слышал несколько призывов идти давить нежить к Бело-граду, и мне это не нравится. Три сотни ведьмаков не проблема для почти что полутора тысяч воинов. Но ночь — их время. И чем ближе мы к долине Пяти князей, тем больше будет всякой нежити.

Слова Слава оказались пророческими, ночью лагерь атаковало не меньше семи сотен вовкулаков. Отбились довольно легко и достаточно малой кровью — погибло около сорока дружинников и вдвое больше крестьян. Вовкулаки были уничтожены почти полностью, удалось уйти единицам.

– Слав, смотри, что я нашел, — крикнул Радко, бродящий среди побитой нежити.

Слав быстро подошел и глянул, на что указывал ведун. Среди трупов вовкулаков лежали двое крепких мужиков в волчьих шкурах.

– - Пастыри?

Радко кивнул.

– Это они вели нежить. Надо бы проверить наших людей, вдруг к нам такая погань затесалась?

– Только как ты их обнаружишь? – спросил Слав. – Они же нормальные люди и серебра не бояться.

Радко задумался.

– Ты, как всегда, прав, – наконец, сказал он. – Если они натянули обычную одежду, то их не найдешь. А людей в волчьих шкурах на голое тело я в лагере не наблюдал. Смотри, – сказал он, переворачивая носком сапога тело пастыря на правый бок, – у него на левом бедре что-то выжжено.

Слав присел на корточки и, сдвинув в сторону волчью шкуру, прикрывавшую бедро, стал внимательно рассматривать рисунок, выполненный какой-то красной краской, а волшебство заставляло фигурки на нем немного двигаться. Их было четверо: один ведьмак в середине, справа от него вовкулак, слева упырь, а под ногами человек, которого все трое рвали на части. Осмотрев тело второго пастыря, Слав обнаружил точно такой же узор.

– Ищи рисунки. Их наносил мощный колдун. Наверное, только Ядун способен выполнить такое клеймо.

– Жаль, мы не осмотрели тех четверых убитых нами на поляне в лесу, – сказал Радко, запоминая рисунок, – скорее всего, у них тоже такие были.

Слав кивнул.

– Жалеть поздно, а вот как найти еще живых пастырей – вопрос. Не стаскивать же с каждого нашего крестьянина или ратника порты?

Радко пожал плечами.

– Ну, если в какой заброшенной веси будет большая баня, можно будет устроить банный день, а верные люди посмотрят, кто уклонился от мытья.

– Не пойдет, – отозвался Слав, – крестьяне да и ратники на такое не пойдут, к тому же мы спешим. Ладно, давай оставим все, как есть. Просто приглядывай за людьми, особенно за теми, кто часто покидает лагерь или пытается по ночам из него выскользнуть. Но это относится к крестьянам, а воинов осмотреть поручим сотникам, пускай каждый десятник проверит своих на наличие рисунка. Только пусть не убивают, если найдут, а тащат на допрос.

Радко кивнул и поспешил в лагерь. Слав еще раз взглянул на клеймо волчьего пастыря, там вовкулак, ведьмак и упырь рвали на части человека. Как же прав оказался Ядун, нежить, действительно, скоро будет править миром.

Днем приблизились к той самой веси, в которую их не пустили, когда Радко, Слав и Рысь ехали из долины. На этот раз ворота были нараспашку, дома почти все сожжены, улица завалена гниющими трупами.

– Нежить, – с ненавистью произнес Звен, подлетая к Славу после осмотра веси. – Всех вырезали. Найдено около сорока мешков муки и множество другого продовольствия. Все досмотрено и отправлено в обоз. Еще нашли около сотни посеребренных стрел, несколько мечей и сундучок с пятью сотнями серебряных монет. Жители дорого продали свои жизни, как минимум половина трупов утыканы стрелами против нежити.

– Трупы сжечь, весь запалить, – коротко приказал Слав.

Звен кивнул.

– Будет сделано, – отчеканил он и поскакал к ратникам, продолжающим вытаскивать стрелы из трупов.

– До долины Пяти князей осталось три дня, – сказал Слав, когда вечером в его шатре собрались сотники, друзья и уважаемые люди, ведущие крестьян. – Необходимо усилить дозоры и организовать боковое охранение обоза. Две сотни ратников замыкают, две впереди, остальным вытянуться в линию по бокам.

Сотники кивнули, мол, приказ понятен.

– Теперь к вам, – обратился Слав к представителям крестьян. – Все, кто хорошо стреляет из лука, пересесть на коней и помочь в охране обоза.

– Сделаем, – сказал крепкий мужик, который вел охотников.

– Тогда все. Вскоре мы будем недалеко от горной гряды, которая окружает долину Пяти князей. Считайте, что эти земли принадлежат нежити. Передайте всем – от обоза ни на шаг. И чтобы больше никаких самостоятельных походов в лес, – он пристально глянул на крестьянских старост, – сколько ваших уже пропало?

– Несколько сотен, – повесив голову, произнес мужик, некогда бывший старостой большой веси.

– А ваши все продолжают бегать в лес. Скажите всем, что тех, кого поймают за пределами лагеря, будут убивать. Мне не нужно, чтобы кто-то привел с собой ночью ведьмака. Всем ясно?

– Да, воевода, – раздался недружный гул голосов.

– Тогда все, – кивнул Слав. – Выступаем на рассвете.

Сотники и прочие поднялись и покинули шатер. Остались только самые близкие – Волч, Радко, Рысь и Волот.