В стену влетел очередной глиняный бокал и брызнул мелким крошевом во все стороны. Барб-Собиратель был в ярости. Даже не так - он был просто вне себя от ярости. Такого бешенства старик не испытывал давно. Наверное, в последний раз столь же дикое желание убивать и топить в крови было во время последней атаки на Вимстерр. Тогда очередной мелкий барон попытался объявить о независимости и взбаламутил город. Неожиданный мятеж позволил перебить часть солдат в гарнизоне и объявить об эфемерной независимости. В результате карательного рейда досталось и бунтовщикам, и жителям несчастного города. А потом Барб стоял и смотрел, как на кострах инквизиции корчатся сам барон и остатки его семьи.

Сейчас же старик с ненавистью вчитывался в скупые строки доклада, а руки нашаривали очередной предмет из обеденного сервиза. Его Преподобие, тративший большую часть времени на бесконечные молитвы и заботу о скупой и сволочной душонке, неожиданно проснулся. И с удивлением обнаружил целый заговор в конец обнаглевших аристократов, которые прямо под носом устраивали сборища и поносили своего короля. О чем взбалмошный старик и поспешил доложить наверх, побоявшись самостоятельно навести порядок...

Значит, эти мерзавцы считают, что их обошли при распределении военных заказов? Что золотой дождь должен сыпаться не переставая просто так, во славу старых семей, давным-давно забывших вкус чужой крови и заложивших имения ради кутежей и разврата? Вот как, господа голубая кровь? Совсем меру потеряли?!

Легко поднявшись из-за стола, Барб набрал полную грудь воздуха и заорал:

– Охрана! Его Преподобие сюда! Со всем уважением, чтобы эта груда костей не развалилась по дороге из монастыря... И командиров полков с первого по пятый - так же ко мне! Немедленно!..

Денег вам захотелось, уроды? Будут вам деньги. По медяку на каждый глаз, когда хоронить станут. Чтобы было чем откупиться от демонов Дролла. А пока - столичные полки в ружье. И усиленные команды дознавателей с поддержкой армейских частей на зачистку. Пока разгрести этот вонючий нужник. И это даже хорошо, что глава тайной службы ткнулся рожей в кучу дерьма именно сейчас, до начала войны. Зародыш мятежа надо давить немедленно, это развяжет руки весной. И не придется ждать удара в спину...

– И вина мне, сейчас же! Где слуги, на болота собрались?! Почему король должен быть голодным в полдень?! Попрятались, как тараканы...

При первом же обыске удалось захватить гору бумаг, которые потом разбирали две недели подряд. Рюз Тиду заранее подготовил кучу компроментирующих документов, в которых постарался испачкать все фамилии, имевшие хоть какой-нибудь вес в Склеенном Королевстве. Тайный агент считал, что показательная порка у соседа ослабит силы и посеет смуту. Поэтому, чем больше голов полетит с плеч, тем лучше. А уж подбросить кляузу и пустить нужный слух для него только в радость. Вот и разгребали завалы разнообразных документов дознаватели, сортировали слухи, сплетни, расписки и бесконечные свитки из допросных, где рядом с раскаленным железом соловьями пели арестанты. Так вместе с первыми холодными осенними дождями в столицу пришел страх.

Одетые в черные одежды помощники инквизиторов метались по округе в сопровождении вооруженных до зубов вояк. Нарезанные на команды полки участвовали в облавах, арестах и конвоировании, сгружая в переполненные тюрьмы перепуганных аристократов, купцов и бывших вояк, разом утративших лоск. Богатые поместья переворачивали вверх дном в поисках компромата. За любой косой взгляд щедро одаривали оплеухой в лицо. Пару мелких баронов забили насмерть, когда те сдуру попытались с оружием в руках отбиваться. Но поднятая волна зачисток быстро пошла на спад, как только король получил общую картину несостоявшегося мятежа. И разобравшись с краткой выжимкой из многочисленных докладов, приказал собрать на плацу большую часть арестованных.

Разглядывая с наспех сколоченной трибуны мокрую толпу под ногами, Барб постукивал стеком по руке и думал, с каким бы удовольствием он поставил сейчас по бокам несколько “громыхателей” и отдал приказ открыть огонь по жалким отбросам, когда-то гордо именовавшим себя опорой трона. Но - пока он вынужден наступить на горло собственным желаниям. Потому что подобного рода показательная порка запросто разрушит королевство... А так жаль...

– За воротами стоит очередь из просителей, которые обивают пороги замка. Они просто слезами залили все вокруг, моля о снисхождении... А в приемной у меня места нет от документов, которые собрали в ваших спальнях. Документов, которые трактовать можно лишь одним способом: из-ме-на... Вы слышите меня? Измена! Попытка ударить вашему повелителю в спину!.. И это в тот момент, когда я предложил вашим детям лучшие места в новых полках. Когда вам дали возможность поддержать своего короля в будущем походе. Когда в дополнение к уже полученным землям и титулам я вам дал шанс занять новые города в Арисе и в графствах... Я кормил вас, поил, а вы лишь плюете в руку дающую...

В бешенстве Барб сломал тонкую палочку, с удивлением посмотрел на обломки и раздраженно бросил их вниз. Потом перевел дыхание и объявил свое решение:

– И вспоминаете о чести и достоинстве вы лишь в присутствии палача в допросной... Но так и быть. Все вы, каждый из вас успел не по одному разу покаяться. Назвали других зачинщиков. Объявили о том, что это было лишь кратковременное помешательство. И что на самом деле вы ничего такого не имели в виду... Поэтому я решил не строить виселицы вдоль дорог. А наоборот, я решил заставить вас делом доказать свою преданность. И загладить вину... Каждому из вас будут вручены списки. Кто-то отправит детей в новые полки. Они будут служить писарями, вестовыми, денщиками у настоящих офицеров. Возможно, им не доведется участвовать в настоящих боях, но будущий поход хоть немного прочистит молодые мозги. Чтобы знали, каким трудом нам достаются новые земли... Каждый из вас должен будет выплатить казне компенсацию, суммы указаны. И я настоятельно рекомендую вам помочь столичным полкам и вашим детям заодно в обеспечении теплой одеждой, продовольствием и запасами на долгую кампанию. Начинается зима, казна не в состоянии пока предоставить все необходимое. Вот заодно и подставите плечо войскам. Будете помнить, как именно надо делить общие невзгоды и радости...