– И это было...- Кивнула головой упрямая в своем знании старушка.

– А жена его, нелюдь....стала человеком.

И на поляну в очередной раз спустилась тишина.

– А вот с этого места поподробнее!
– Шагнул к замерзшей лисичке мужчина с щитом за плечами.

Отступление.

Древень важно шествовал по двору храма Морины. Ожившие древа звали к себе вновь и вновь пробужденных животных, но иногда приходили вот такие, ожившие деревья. Они служили честью и правдой Асам. И многие становились впоследствии частицей для рождения новых Древ.

Но сегодня был тот самый миг, для которого Древень и ожил. Он нес Весть. Его потрепанное корневище тянулось за ним веревкой с петлями-клубнями. Дойди до дверей Храма у стоящего Древа Морины, он громко топнул ногой три раза. Спустя некоторое время повторил свое действие еще раз. С листьев Древа слетела пыль, и под дуновением ветра осела прямо около ствола его, приняв облик Девушки. Одетая в синеватый сарафан с вышивкой золотом по краю, она была удивительно похожа на Морину, только гораздо моложе.

– Добрый день тебе, Вестник.

– Гра-Ра!-Ответил ей Древень.

– Ты можешь подать мне свою весть.
– Доброжелательно ответствовала она ему.

Скрипя и шурша корой, он слегка наклонился и протянул ей клубок сплетенных корневищ. Девушка приняла их на руки, и закрыв глаза глубоко вздохнула.

– Твоя весть внемлена. Ты можешь возвращаться сразу, ну или пойдешь с нами. Я только соберусь в путь.

– Гра-Ра!- Проскрипел ей Древень.

Девушка подошла поближе к стволу и протянула руку. С дерева планируя полетело несколько листочков, паря, они достигли стоящей девушки, и окутав ее пропали в слепящем блеске.

А когда свет утих она оказалась одетой в дорожный широкий костюм и с рюкзаком за спиной.

– Покажи мне путь, посланник.
– Попросила девушка Древня и тот, скрипя поклонившись, пошел на дорогу из храма, туда откуда пришел.

– Стой.
– Позвала она его.
– Дорога настолько дальняя, что я не вижу смысла про делать ее всю, давай войдем на пусть Странника, и пройдем воротами его дорог?

Дерево поклонилось Девушке. И тогда она махнула рукой в сторону ворот и открылось небольшое окно, застланное серой пеленой.

– Не отставай, Кучерявый!
– Позвала она его, поманив рукой. И шагнула в портал.

19 глава.

...Когда все дороги ведут в никуда-

Настала пора возвращаться домой.

Би-2.

"Осторожно! Двери закрываются! Следующая станция- Таганская!"

Моя.

Я, сидя на стульчаке в метрополитеновском вагоне, дождался своей станции и выскочил, из уже закрывающейся двери, почти кубарем, упал на мозаичный пол.

"В прошлый раз было не так." - Заметил во мне беспристрастный внутренний свидетель. И точно. Я обернулся и поискал взглядом старуху, что окликнула меня в прошлый раз, но на перроне я был один. Пожал плечами и поспешил к переходу. Блин, забыл проверить книгу, и сунул руку в карман, но там не было ни чего.

"Наверно, приснилось!" - Решил я, и пошел быстрым шагом. Внезапно решил остановиться и оглянулся. Нет. Старухи не было, похоже я точно был единственным запоздалым пассажиром.

От быстрого шага у меня защемило в груди, и я зажмурил глаза уже стоя на самой верхней ступеньки перехода.

А когда открыл, то увидел себя сидящим в вагоне метро.

"Осторожно! Двери закрываются! Следующая станция- Таганская!"

Моя.

"Это уже было! Вот только что! Я же поднимался по ступеням наверх! Даже дыхание у меня сперло!"

Оглянулся, но в вагоне я был один, как и во всем поезде. Я это точно знаю. Сейчас я приеду, выйду из вагона и окажусь единственным пассажиром. Старуха будет ли или нет, но Книгу стоит поискать вокруг себя...

Но в вагоне кроме обрывков газеты "Метро" не было ни одного клочка бумаги, что пело и подсказывало, как правильно делать.

"Все, хватит! Это точно от усталости." -Решил я.
– "Приеду домой и отправлю смс, что завтра не выйду на работу. Отгул использую."

"Станция Таганская, переход на станцию..."

Я выскочил из открывшейся двери. Опасливо оглядываясь вокруг. Но я был один.

"Чушь какая то приснилась".
– Решил я, отмахиваясь от мыслей в голове. И поспешил к переходу.

И тут меня за ломало. Все тело пронзила игла боли и я упал на бок, больно ударился об коричневый барельеф и покатился к перрону от которого уходил поезд, что привез меня сюда.

Я остановился на самом краю, и замер.

– А ведь я просила тебя отдать мне, хотя бы одну, жизнь.
– Произнес слабый дребезжащий голос старухи.
– А ты мне двадцатку только и от жалел. Вот на двадцатку и расплачиваюсь.