– Угу.
– подтвердил я его первую фразу из под огромного сомбреро. Эта расслабленность просто заставила все члены тела расслабиться, и так было тяжело заставить себя совершать все эти телодвижения- типа встать за водой.

– Кра.
– Раздалось прямо над головой. Сомбреро слетело, и я обнаружил у себя на лежаке сидящего Ворона.
– Добрый день, Странник. Кра.

– Не квакай, Тень с Кровью. Тебе не к лицу быть простой жабой.

Озадаченный ворон прервал свое очередное карканье. И жалобно спросил:

– Не ты ли это, Ас Хакр?

– Ну, а кто еще может послать надолго за цветком Мирьямы и не дождаться его от своего ворона? Вас было семеро, и где они?

– Спят, о Мудрый!- ответила наклонив голову птица.

– То есть ты признаешь, что не выполнил мое поручение?

– Прости, милостивый.

– Остается выдернуть у тебя из хвоста очередное перо...

– Их там осталось оочень мало, о Чистейший.

– Ну значит такова у тебя судьба.

– Эй!
– Остановил я их разговор, чувствуя, что ворону сейчас не поздоровиться.
– Прекратите. Хакр, дружище, оставь бедную птичку, мне ее жалко.

– Это не птичка, а Вестник.
– Проговорил медленно Хакр.
– Ты просто не представляешь кого разбудил.

– Пусть, хоть третий всадник Апокалипсиса. Думаю, что даже в таком виде он нам будет полезен.

Хакр рассмеялся, помотав головой.
– Он же нас достанет своими придирками, указами и воспоминаниями из серии "как было раньше хорошо!" ...

– Да и пусть ворчит, главное- чтобы помогал.

– А этого от него не дождешься.
– Это же ворон-самец, а не хлопотливая самочка. Которая так заботиться об окружающих.

– Да пусть остается.
– Махнул я рукой напяливая на голову и закрывая лицо сомбреро.

Ворон, нахохлился под жгучим солнцем, и уныло уставился на морской залив у голода.

– Зато я теперь знаю, кто нас перенесет на другую сторону пролива...- Лениво заметил Хакр.

– А вот с этого места поподробнее.
– Приподнялся я и вылез из под шляпы.

17.3

"Шесть жертв были выбраны Жрицами со строгой тщательностью. Мне только-только исполнилось двенадцать, но имя мне так и не дали. Меня вытолкнули из пещеры Развития в общий зал взяв за третью ногу, посрывав все сто и три одежды и завязав рот обрывком ткани и потащили на жертвенную площадь. Голая, я стояла в толпе таких же неудачников, как и я. Три пацана... А! Вот того, с пятном на шее, я знаю, мы его дразнили еще "карпом с усами"! И три девушки, включая меня. Почти никого не знаю. Я озиралась по сторонам, искала мать и братьев в толпе, но не находила.

– Ха!
– Кричали окружавшие меня.
– Дань!
– Вторили им одетые в грязно-коричневые одежды жрицы.
– Бей!
– Восклицали в черном. И все норовили стукнуть нас ногой.

Скопище пауков-людей так сильно вопило, что пришла главная Жрица.

А потом прозвучал полуденный звон. И образ стоящих вокруг осыпался. Сто и три одежды оделось на каждого, что стояли вокруг нас. Степенные, похожие на закутанных во множество одежд малышей, матроны и мужчины зажали нас в круге, и только сухая фигура Главной выделялась. Мы сжались голые и босые на грязной мостовой площади Жертв.

– Вы выбрали Тех Кого С Нами Уже Нет?
– Спросила она толпу.

И толпа завыла, зарычала, указывая на нас пальцами, проклиная, и благословляя каждого из нас.

– Если вы выбрали, то мне надо их наказать!
– Промолвила Жрица, и круг отхлынул во все стороны, раздался вширь, образовав вокруг Ее и нас на допустимое расстояние.

– Наказываю Тебя!
– Произнесла Верховная, и коснулась пальцем одного из парней прямо меж бровей. В тот же миг его взгляд изменился. Из глаз начал сочиться туман Ушедших.

Увидав происходящее. Я забилась в сдерживающих меня путах. Замычала-закричала. Закрутила головой. Все знают, Те Кто Ушел - теряют свою Суть. И никому не пожелают такой участи.

– Тебе есть, что мне сказать, дитя?
– Мягко спросила меня Жрица. Я закивала головой. И как можно громче замычала в тугую повязку.
– Ну говори, раз есть...

Она взмахнула рукой, и по ее велению Мудрости, повязки упали с моего тела. Я встала, не стесняясь свое наготы и очень медленно поклонилась Главной.

– Верховная, я молю тебя о милости сказать Правду.

– Говори, дитя!
– Разрешила Она.

– Вот уже три недели я готовилась стать жрицей к месту Появления Матери.

Вокруг заворчали люди, обиженные допущенной ошибкой при взятии жертвы, они теперь сами могли стать ею. Ибо уже были подобные прецеденты.

– Мне еще мало лет, но я уже учила стихи для Матери. Хотите, прочту?
– Привела я свой самый главный довод.
– За три недели много не успеешь, но я старалась.

Некоторые из людей постарались скрыться, но Мудрая взмахом руки остановила их: