И побежал, перепрыгивая через сугробы к уходящим.

– Знаете, а ведь нас становиться все меньше.
– Грустно заметил "еврейчик".

– Вы, Михаил Алексеевич, не нагнетайте обстановку.
– одернул его "Спас".
– Сейчас узнаем все. Только Палыч вернется с разведки.

Телохранитель уже достиг барьера не пускающего ни кого, и пытался проскользнуть сквозь непонятное препятствие, что то крича уходящему занятому собеседником Владу Александровичу.

На один из его окликов "Саныч" отмахнулся рукой и пошел к Древу, увлекаемый спутником.

– Четыре не в нашу пользу!
– Ошарашенно сказал Сергей Павлович.
– Да что происходит то?

Он вгляделся в глаза стоящих вокруг его министров и свиты, старательно прячущих глаза от его требования ответить.

И только водила стоящего неподалеку хаммера, остановшись, вылез из машины и раскинув руки, смотря на огромное Древо, вдруг закричал как Влад Саныч:

– Хорошооо то каааак!!!!

Древо стояло, переливаясь на золотистом солнечном свете, играя всеми гранями коры, синим отблеском скользя по снегу, таявшему под колесами носящихся машин. А высоко над ними в небе летали птицы.

Зима заканчивалась...

Отступление.

Четыре года назад

Я сидела на парапете под зеленым знаком "Я люблю Москву", на Воробьевых холмах. И, вглядываясь из подо лба в проходящих мимо парней, выискивала глазами Его.

У меня был только один шанс подойти к Нему. И, наверное, только одна попытка.

– Наташка, не ходи по парапету, давай лучше ленту привяжем на вот эту ветку!
– Невдалеке раздался голос компании, пришедшей встретить весну.
– Тим, хватай эту мартышку, она же сиганет вниз!

И смех. Над собой, над окружающими, и вообще над миром.

Он держал девушку за руку. Проводя ее по парапету. Худой, с голубыми глазами, русыми волосами в тонкой полоске виднеющимися над вязанной шапке, пухлыми губами и тонкими скулами, длинноногий гадкий утенок в джинсах. Он так же заразительно хохотал над неуклюже идущей Наташкой, с любовью вглядываясь в ее смеющееся лицо.

Я возненавидела себя, над тем что вынуждена разбить эту счастливую пару, но условия договора были точно обговорены мною и Матерью Гнезда.

В моих руках был стаканчик с кофе. Я, озираясь, как будто кого-то ища, оборачивалась в толпе идущих по тротуару к зеленому знаку, вытягивала голову вверх, и медленно продвигалась к смеющейся паре.

Неожиданно оступившись, ударившись локтем о руку Сергея, я неуклюже свалилась кулем ему под ноги. А сверху на меня прилетел стаканчик с кофе. Побарахтавшись под его ногами, я пыталась встать. Он же, бросив идущую Наташку, наклонился ко мне, и приговаривая:

– Аккуратнее, девушка! Ну что же вы так неаккуратно!
– Пытался поднять меня. И тогда наши глаза встретились. Я, широко открыв глаза, с полу залитым кофе лицом, улыбнулась Ему. И он застыл, держа меня в руках. Его пальцы впились мне в руки, это чувствовалось даже через пуховик, набитый гусиным пухом. В глазах появилась жестокость, сердитость, злоба, и вот он сдался под моим напором. Глаза изменили свой свет, стали синие как хрусталики чистейшего сапфира. Этих пару мгновений мне хватило захватить в плен душу, отковать из нее слепящее раболепствование и дождаться единственного нужного мне чувства - любви!

– Девушка, как вас зовут.
– Еле дыша спросил Он, чеканя каждое слово.
– Меня - Сергей!

– Марина.

12 глава.

Капля крови твоей способны влить жизнь, Избранный. Ты должен просто захотеть...

С тропы мы вышли у скал. Висящие диффузные облака колыхались как огромные медузы закрывая низ долины перед нами. Стелящаяся масса принимала волшебные очертания, вдалеке, натекая на стоящий массив, она придала ему форму огромного спящего слона. А тут, совсем рядом с нами, она будто стыдливо прятала монстров под своей одеждой, казалось она оберегает их от нашего зоркого взгляда. Я сломал два дня назад лыжи, пришлось идти по Тропе Избранного пешком.

– Книга, тут по близости нет магазина?

– Нет.

– Ну тогда ларька?

– Нету.

Может сельмаг какой-нибудь завалявшийся?

– Нет тут людских селений.

– Ты врешь, почти по всей Земле, куда ни ткнись, есть люди. Ну хотя бы лавку какую? А? Мне надо обувь поменять, а то моя совсем истрепалась за два месяца пути. Да и еды не помешало бы купить, а то желудок скоро прилипнет к позвоночнику.

– Тогда тебе надо скорее дойти до селения на той стороне реки.
– Ответила мне Книга.
– А здесь поблизости нет живых, только спящие....

Я встал и окинул взглядом лежащие скопления базальтовых глыб.

– Ты дуришь, Книга.
– Возмутился я.
– Почти всегда ты выводишь нас в безлюдной местности, почему?

– Если спрашиваешь меня, для чего твой путь лежит именно в этой плоскости, я отвечу тебе - что это лишь ограничение твоего ума. Только ты решаешь. Куда иди, зачем идти, и как быстро прийти на место.

– Ладно, я еще разберусь с твоими заморочками, ты сказала "спящие"? И ... Где они?

– Вот тут. Прямо под твоими ногами.
– Пропела Книга.