– Мочи их, ребята! Вали черножопых! Смерть маврам! Разведка, вперед!

А когда все закончилось, Аргайла привели ко мне.

– Командир, я так рад... Ты не представляешь... Спасибо... Я чувствовал, что ты не бросишь нас в беде и придешь на выручку...

– Молчи, - оборвал я его.
– Болтать будешь потом, а сейчас мне нужны ответы на вопросы.

– Понял, - он мотнул головой и заткнулся.

– Ты уже в курсе, что Квентин Дойл предатель?

Он нахмурился:

– Я в это не верю... Такой человек не может...

– Может! Ты и другие люди в анклаве ему верили, а он вас сдал! Это факт! Как ты оказался на этом форпосте?

– Меня прислали неделю назад вместе с небольшой группой, как усиление. Раньше в Рединге держали, думали, что ты выйдешь на связь. А потом Дойл понял, что ему не доверяют, и я стал не нужен.

– Значит, захват Рединга ты пропустил?

– Да.

– Тогда чем ты можешь быть полезен?

– Могу пойти в бой простым стрелком. И другие воины из гарнизона "пятого укрепрайона" тоже. Мы освободим нашу землю и докажем, что способны сражаться.

Наивный потомок шотландцев был уверен, что я освобожу пленных, помогу Редингу встать на ноги и отразить набеги соседей. Но у меня иные цели и, смерив Аргайла оценивающим взглядом, я пришел к выводу, что пользы от него немного и доверия к нему нет. А раз так, пусть возвращается к своим товарищам, которые сидят в подвале и надеются на скорое освобождение.

Я кивнул разведчику, который стоял за спиной Аргайла. Воин подсечкой сбил переводчика с ног и ударил прикладом по голове. Затем связал его и потащил в сторону подвала.

– Мечник, а тебе не жалко Тедди?
– ко мне подошел Серый.

Пожав плечами, я ответил:

– Хороший парень, но ненадежный. Дойлу поверил и был готов по его слову в нас стрелять. А завтра кому поверит и за кем пойдет? Нет уж, Серый, хватит играть в доброту. Сначала думаем о пользе нашего анклава, а только потом о всех добрых людях планеты Земля. Иначе не выжить.

– Ясно. Когда выдвигаемся на Рединг?

– Дело к вечеру, ночью воевать на незнакомой местности трудно. А вот завтра с утра, часов в пять, объявим подъем и начнем выдвижение. Пленные мавры сообщили, что герцог приказал своим воинам в Рединге не задерживаться. Так что, скорее всего, уже завтра они погонят людей на Бирмингем. Момент удобный. Вот тут-то мы их и накроем. На марше.

– Лишь бы они сюда кого-нибудь не прислали. Дело не долгое, между городом и форпостом есть дорога.

– Не должны. Радиста мы захватили. Он своим сообщит, что все спокойно.

– Хорошо, если так.

Серый отошел, а я отправился осматривать форпост и на ходу отдавал приказы. Ночуем здесь. Пленных беречь, они пойдут на обмен. Караулы выставить усиленные. Всем готовиться к завтрашнему сражению. Мавров полторы тысячи. Силы у нас равные. Однако на нашей стороне внезапность и в отличие от противника у нас имеется тяжелая артиллерия. Ну и бронетранспортеры, конечно же. Как ни крути, а броня есть броня...

Ночь прошла без происшествий и на рассвете, когда вернулась ходившая к Редингу разведка, войско покинуло "5-й укрепрайон". Пленников, во избежание драк, сразу разделили и раскидали по подвалам форпоста. Заберем их на обратном пути, а пока не до этого. Главное - почин есть, первых людей на обмен с северянами наловили. Хотя я не уверен, что Иван Вагрин согласится взять негров. Он хоть и не расист, но зачем его анклаву мавры? Только если в полные рабы определить. Впрочем, об этом думать стану потом, после окончания боевых действий. И мавров всегда можно предложить алжирцам, ибо они тоже постоянно нуждались в людях и готовы давать за пленников топливо. К ним добраться даже проще, чем к северянам.

"К черту!"

Прогнав мысли о будущих торговых сделках, я полностью сосредоточился на управлении войсками. Разведка доложила, что армия мавров, подпалив Рединг, выгнала пленников в поле, формирует из них колонны и готовится гнать будущих рабов в сторону Бирмингема. Эти сведения подтверждались радиопереговорами мавров. Нас до сих пор не обнаружили, и противник вел себя довольно беспечно. Наконец-то, мавры одолели извечного противника и белые уже не опасны. Победа! Поэтому многие негритянские воины, повеселившись с самыми привлекательными пленницами, выпили местной самогонки и забыли, что такое дисциплина. А командиры подразделений бойцов не одергивали. Видимо, надеялись, что во время марша они сами протрезвеют и все быстро войдет в норму.

Колонны вражеских войск и пленников, которых оказалось больше тридцати пяти тысяч, покинули окрестности Рединга в шесть часов утра. Мое войско начало марш в шесть часов тридцать минут. Между нами всего семнадцать километров по узким грунтовым дорогам. Дождя нет, но небо хмарилось. Кругом густые заросли. Спешить не надо - я уже принял решение, где атакую негров, и воины двигались вслед за бронемашинами.

Сближение с вражеским войском происходило постепенно. Мы шли параллельно маврам, выходя к Сертонским полям - место открытое, если где-то и сражаться, лучше всего именно там. К полудню вышли в точку соприкосновения, наши отряды подтянулись, и артиллерия заняла позиции. Пехота и бронемашины замаскировались в зеленке. Оставалось дождаться появления мавров и вскоре они появились.