– Белль, - стонет он, продвигаясь дальше внутрь. – Эта тугая маленькая девственная задница – моя. Ты моя.

– Я твоя, - стону, когда принц снова начинает двигаться; жгучая боль опаляет меня.

– Опусти руку ниже, - приказывает он, напряженным голосом. – Вставь пальцы в киску.

Я безмолвно подчиняюсь, кружа пальцами, ладонью прижимаюсь к клитору, и стону, когда удовольствие затмевает боль. Ощущения ошеломляющие, но чувствую себя расслабленной, когда Альби полностью заполняет меня. Когда он, наконец, внутри, его яйца плотно прижимаются к моим ягодицам, он остается так, неподвижно стоя, пока я приспосабливаюсь к ощущениям.

– Ты в порядке? – спрашивает он. – Ты ощущаешься чертовски потрясающе, Белль, – убрав мои волосы со спины, он начинает целовать мою шею.

Глаза жжет от слез, несмотря на то, что я на грани оргазма, приближаясь к изысканному ощущению абсолютной наполненности.

– Да, - стону я. – Пожалуйста. Больше.

Я едва ли могу отчетливо мыслить, когда Альби начинает двигаться внутри моей задницы, медленно, каждое движение посылает жгучую боль сквозь моё тело. Он проводит рукой по моей груди, взяв соски между пальцами, и сжимает их, пока меня не охватывает наслаждение. Он двигается медленно до тех пор, что, кажется, это длится целую вечность, пока боль не отступает и не остается только удовольствие, пульсирующее сквозь каждую клеточку тела.

– Вся ты принадлежишь мне, Белль, - произносит он.

Да.

– Отдайся мне, - говорит он.

– Я твоя.

Я так близко.

– Трахни меня жестко, - задыхаюсь я, и он делает это, сильно сжав руки вокруг моих бёдер.

Знаю, что Альби сдерживается, боясь причинить мне боль, а я до сих пор хочу б'oльшего. Лежа на животе и трахая себя пальцами, пока он вбивается в мою задницу – я отпускаю себя.

Позволяю себе быть полностью поглощённой этим человеком. Я чувствую только необузданную похоть.

Чувствую себя свободной.

– Черт, Белль, я кончу в эту тугую маленькую задницу, - произносит принц хриплым голосом, когда врезается в меня, его полные тяжелые яйца напротив моих ягодиц. – Скажи мне, что ты хочешь почувствовать, как я наполняю твою сладкую девственную дырочку своей спермой.

Он вульгарный.

Снаружи, Альби превосходно воспитан, с прекрасной родословной. Тем не менее то, что он мне говорит – самое грязное, что я могу себе представить.

Никто со мной так не разговаривает. Никто со мной так не разговаривал.

Ей-богу, это делает меня чертовски мокрой.

– Пожалуйста, - умоляю я, загоняя пальцы глубже в свою киску. Я слышу, как в тишине комнаты начинаю задыхаться, моё дыхание учащённое, словно я какое-то животное, но мне все равно.

Все, что меня волнует – это сладкое освобождение.

– Скажи это, Белль, - требует Альби, шлёпнув меня по заднице. Громкий хлопок эхом отражается по всей комнате, возбуждение пульсирует сквозь моё тело.

– Наполни меня, - говорю я, уже не стесняясь и не нервничая. В этот раз я повторяю слова ещё громче. Требующе. Практически крича. – Наполни мою девственную задницу своей спермой.

Я даже не успеваю закончить предложение, как оргазм пронзает меня со скоростью грузового поезда. Проникнув в меня в последний раз, Альби выкрикивает моё имя, очень сильно сжимая пальцами мои бёдра. Его член дёргается, и он взрывается.

Я падаю на кровать вместе с Альби внутри меня, мышцы сжимаются, тело пронзает волнами наслаждения.

Когда муж переворачивает меня на бок и прижимает к себе, он вытирает мою щеку ладонью.

– Ты плачешь, - шепчет он. – Я причинил тебе боль?

– Нет, - отвечаю я, абсолютно серьёзно. Я даже не поняла, что плачу.

– Белль, - произносит он нерешительным голосом.

– Это было интенсивно, - признаюсь я, не уверенная, что имею в виду только секс.

Альби притягивает меня к себе, моё сердце всё ещё бешено колотится в груди, когда я отхожу от оргазма. Черт, я могу никогда не отойти от оргазма.

– Действительно чертовски интенсивно, - соглашается муж.

Мы с Белль скрывали наши отношения в течение месяца. Это чудо, что нас до сих пор не поймали. Уверен, что телохранители о чем-то догадывались. Ничто не могло пройти мимо Ноя, но он не обмолвился ни словом. Он просто кивает, глядя на меня, когда я в очередной раз оправдываюсь, прежде чем исчезнуть. Ему нравится Белль – это заметно. Но он не произнёс ни слова.