– Дарисса, вылет разрешили, поднимайтесь на борт, - позвал пилот с верхней ступени трапа, и Куна ответила, что сейчас придет. Заканчивать разговор с Региной пришлось спешно. Прощаясь и благодаря за попытку что-то узнать. Позвонит Амадей, Куна верила, собралась улетать, но никак не могла оторвать взгляд от цепочки ярких огней на трассе. Вдруг он едет в одной из машин? Вон в той, что сворачивает к воротам аэродрома и, не останавливаясь на парковке, мчит по дорожке к ним. Неужели правда?

Куна дернулась вперед, уронив планшет на дно полупустой сумки. Сердце заколотилось, и посадочная площадка туманом поплыла перед глазами. Чудеса не случаются по взмаху волшебной палочки в вихре разноцветных искр. Они приходят тихо и обыденно в самых простых вещах. Шорохе шин затормозившего внедорожника, щелчке замка в двери.

– Куна!
– крикнул Амадей и замахал руками.
– Куна, подожди!

Она бросилась к нему, не боясь споткнуться. Свободен. Как ветер. Вернулся. Холодный комбинезон царапнул щеку. Амадей пропах смогом Равэнны, но Куна терлась щекой о плечо и не могла надышаться.

– Подожди, - повторил рядовой, целуя в макушку и крепко обнимая.
– Не улетай пока, я с тобой. Меня перевели в девятую армию. Буду служить стажером в юго-западной летной группе. Ближе к Нарту не подобраться, я уже смотрел по карте.

Куна не понимала. Новости сыпались камнепадом и журчали голосом Амадея. Нарт? Летная группа?

– Ты стал пилотом?

– Нет, что ты, - рассмеялся рядовой, - на пилота еще учиться и учиться. Я хоть и отличником был в училище, но без спецподготовки штурвал даже потрогать не дадут. Аэродром буду подметать, а в свободное от метлы и зубрежки инструкций время на тренажере практиковаться. Пойдем в катер, там расскажу, пилоту еще нужно документы показать. Перевод сделали, но базы обновятся только утром. Приказ вместе с распределением на бумаге распечатали. Всю дорогу боялся помять.

Амадей одной рукой подталкивал её к трапу, а другой пытался распустить завязки вещмешка. Куну дрожь не отпускала. Слишком хорошо все складывалось. Неправдоподобно.

– Ты обманываешь меня, - крикнула она с середины ступеней и, оступившись, чуть не упала.
– Так не бывает. Я не верю. Лавру перевод целый месяц оформляли, а здесь другая армия и несколько часов. Даже генерал так не может!

– Он может, - тихо ответил Амадей и приложил палец к губам.
– Тише. Это все по приказу Его Превосходства. Я сам не верил, чуть на скандал с начальником охраны не нарвался, но перевод настоящий. Посмотри на бумаги. Именной глиф «Наилий Орхитус Лар» и его подпись.

Ветер трепал бумажные листы и рядовой все-таки помял их, когда доставал из вещмешка. Куна не видела раньше подписи Наилия на документах. Её давно заменили кнопками согласований во всевозможных базах и системах документооборота. Решить раскопать такую древность, как бумагу, можно было лишь по особому случаю. Например, чтобы выгнать любовника своей бывшей женщины из сектора. Куна плохо разбиралась в тонкостях военной службы, но понимала, что после ареста Амадею обратно в особняк уже нельзя. Там служили только с безупречной репутацией. Наилий мог выслать бывшего охранника куда угодно, но выбрал летную группу девятого сектора. Марк помог, а может сам договорился. Вряд ли за шесть циклов в горах забыли майора Лара.

– Теперь вижу, - кивнула Куна, сгибая бумагу пополам.
– Красивый подарок.

Жаль, Наилий не захочет услышать за него «спасибо». Отвернется и уйдет будто бы к подножию гор. Одному карабкаться на свои вершины. Как и положено генералу.

– Пойдем, - позвала Куна, протягивая Амадею руку.
– Дарион ждет. Матушка, наверное, пирог в печь поставила. Прилетим, аромат на весь Нарт будет. Ты же останешься на ужин?

– Конечно, - улыбнулся он и снова обнял.
– На все ужины, какие у нас будут.