– Я в гостиной стол накрою, - сказал Куна, забирая пакеты, - садись на диван. Если можешь, конечно.

Генерал улыбнулся, отпуская Дариона с рук на покрывало дивана. Посох хоть и висел за спиной наискосок, но на диване устроиться бы не позволил.

– Подожди с ужином, сначала главный подарок.

Наилий достал из-за плеча оружие и поставил одним концом на пол. Посох был с ним одинакового роста и немного длиннее боевого. Маленькая хитрость, дающая генералу преимущество в бою с претендентом. Планете не нужны случайные победы в поединках за звание. Каждый следующий генерал должен быть искуснее предыдущего. Доказать, что может победить даже в невыгодном положении. Оправдать замену.

– У меня не так много вещей, которые лично мои, - тихо сказал Наилий, - все служебное, ты знаешь, и после моей смерти перейдет претенденту. Особняк, резиденции, машины, оружие, средства связи, планшет. Форму и ту сдадут обратно на склад, а этот посох оставят. Я получил его вместе со званием. Он мой без условий и оговорок. И я хочу подарить его сыну.

Куна замерла, комкая в руках край фартука. Не по возрасту подарок и настоящее оружие все же не игрушка. Придется повесить посох на стену под стекло и объяснять всем гостям, что трогать его можно только генералу, но Наилию до дрожи хотелось оставить посох здесь. Пройдут циклы, Дарион вырастет и забудет, как отец катал на плечах, читал на ночь книги. Рано или поздно у сектора будет другой хозяин. Пепел с погребального костра унесет ветер, и Наилий будет жить отражением на гладком металле посоха, хмурой складкой на лбу так похожего на него сына, эхом собственного имени.

– Как же ты без генеральского посоха?
– бесцветным голосом спросила Куна.

– Есть другие, тоже служебные. Только этот - личный.

Дарион, кряхтя, слез с дивана и подбежал к отцу. Любопытство одолело мальчишку. Холодный металл посоха трогал сначала осторожно, а потом привык и вцепился всерьез.

– Это тебе, сын, - улыбнулся Наилий, не отдавая оружие.

– Что нужно сказать, помнишь?
– Куна присела рядом на корточки и заглянула в голубые глаза Дариона.
– Спа-си-бо.

– Папа!
– звонко ответил мальчишка и Куна рассмеялась.

– Да, папин посох. Давай, положим его на шкаф и посмотрим, что там еще в пакетах интересного. Ммм, как вкусно оттуда пахнет. Пойдем?

Пакеты, конечно, интереснее. Дарион рванул к ним с широко распахнутыми от восторга глазами. В первый залез по пояс и упал вместе с ним. Не страшно, там все мягкое и небьющееся, продукты рядом. Куна уже достала сладости и шуршала обертками, выманивая сына из пакета с одеждой. В гостиной запахло карамелью и земляникой. А генерал, все так же улыбаясь, прикрыл глаза.

Когда придет время, бездна заберет его, но даже она не сможет отнять воспоминаний. Теплого лета в горах, маленького дома на заброшенном аэродроме и счастливого смеха Дариона.

Ужинать устроились в гостиной. Куна накрыла стол для них с Наилием, а сына усадила на специальный детский стул. Из привезенных сладостей Дариону отдали только готовое питание из фруктов. Сын еще не различал картинок на этикетках и тянулся ко всем баночкам без разбора, так что Куна сама нашла его любимое пюре из бананов и, открыв банку, поставила перед Дарионом. Половина пюре, конечно, останется на лице, салфетке и руках, но пусть ест сам. Детский стул держал ребенка крепко, а углубление в столешнице не давало банке опрокинуться. Учись есть хоть до захода светила, тем более старанием и упрямством сын пошел в отца.

И не только ими, конечно. Генетики шутили, что такие копии получаются только клонированием, показывали фотографии маленького Наилия и просили Куну найти хотя бы два отличия. Тщетно. Как братья-близнецы, родившиеся с разницей в сорок циклов. Причуда наследственности, шутка вселенной. Она часто исполняла желания слишком буквально, но на этот раз будто перепила Шуи. Не стоило Наилию так сильно хотеть, чтобы сын был на него похож. Бездна с внешностью, параметрами в генетической карте, Куна боялась, что Дарион повторит судьбу отца. Какой бы она не была плохой или хорошей, мальчику нужна собственная.

Еще и посох генеральский. Красивый подарок, очень ценный, но зачем настраивать сына на смертельный поединок с самого рождения? Ему хватит обучения в училище. Еще успеет окунуться в предназначение с головой. Не понимала Куна идеалов военных, принимала как неизбежность, но не могла разделить. И прожитый в горах цикл мало что изменил.

– Ты останешься на ночь?
– привычно спросила она и Наилий задумался. Вспоминал, наверное, график и считал часы перелета с материка на материк.

– Да, но уйду рано утром, вы будете спать.

Дарион громко стучал ложкой по стеклянной банке с пюре. Глядел в неё так же хмуро и сосредоточенно, как Наилий в свою тарелку. Когда вырастет, припухлость с щек уйдет, заострятся скулы, станет острым подбородок. Чтобы не случилось с генералом, он всегда будет жить в их сыне. Словно это и есть бессмертие.

Куна отвернулась, тряхнув головой. Дурные мысли. Не стоит звать бездну раньше времени, услышать может. Устала, наверное, вот и чудятся страхи. Тяжелые сны мучали в последние дни, беспокойные. То с матерью скандалили и били на кухне в бараке посуду, то Аврелия, снова став ребенком, разбрасывала игрушки, и Куна никак не могла их собрать. К чему все?