Рев поставил локти на спинку стула и развалился на своем месте.

— Ты себе еще не нашел женщину? Что, бл*дь, с тобой не так, чувак? У тебя же есть эти голубые глаза. Девушки обожают голубые глаза, — его смех отразился от стен практически пустого бара.

Хороня свою улыбку в стакане алкоголя, я покачал головой.

— Я не ищу женщину.

— Ты гей?

Я опрокинул в горло остаток своей выпивки и со стуком хлопнул стаканом по прилавку бара.

— Нет. У меня нет времени на женщин.

— Чувак, — он махнул рукой, словно освобождая. — У тебя всегда есть время на женщину. Кто еще согреет постель? — Рев наклонил голову. — Думал, ты куришь сигары. Или я тебя с кем-то путаю?

Ага. Он часто принимал меня за Алека, который приходил в бар по случаю.

— Не-а, могу иногда выкурить косяк. Хотя, никаких сигар.

— Ха! — выкрикнул он и улыбнулся. — Знал, что ты мне понравишься.

Поднимаясь с барного стула, он похлопал меня по спине.

— Рад видеть тебя. Береги себя, брат.

— И ты тоже, Рев.

Жестом я попросил еще один шот.

— Впечатляет.

Голос донесся из-за спины, и я повернулся к блондинке, которую Большой Джон спас от долбанутого костюма. Ее сиськи выглядывали из-под скудной рубашки. Слава Богу, она выглядела старше, чем большинство девушек в этом месте, и все равно я почувствовал себя куском дерьма от внезапного напряжения в члене.

— Я положила на тебя глаз с тех пор, как ты сюда вошел. Большинство ублюдков уже рвало бы здесь на барную стойку.

— Слышал, что удерживание своего ликера в организме является одной из семи добродетелей.

Она рассмеялась и забралась на стул, предоставляя мне полный обзор на свою грудь, едва поместившуюся в лифчик.

— Не знаю ничего о том, как быть добродетельной, — ее взгляд упал на мою руку, и, сжав своим пальцами мой бицепс, девушка облизнула губы. — Не хочешь встретиться со мной в задней комнате клуба? Расскажешь мне больше о своих добродетелях?

— Нет, — я поднял руку, смягчая отказ кривоватой улыбкой. — Я в полном порядке.

— Послушай, — прошептала она, наклоняясь ближе. — Ты выглядишь очень милым парнем.

— Я бы так не сказал.

— Мне бы понадобилась дополнительная наличка сегодня вечером, — ее тело придвинулось плотнее к моему, пальцы массажировали мои руки, пока она говорила, — моя мать болеет и не может работать. Я забочусь о ней. Она полностью на мне, понимаешь?

Не делай этого. Каким-то образом я услышал голос Алека в своем подсознании. Предупреждение.

Не то чтобы я имел что-то против стриптизерш — черт, я был женат на одной, а те, кто обычно искал денег, наличку, не искали отношений. Хотя те несколько раз, которые я был с женщиной ради обычного секса за последние три года, хорошо не закончились.

«Со мной все будет в порядке», — сопротивлялся я мысленно.

Конечно, Алек был там каждый раз, когда я выходил из ступора и пытался собрать куски воспоминаний о прошлой ночи воедино. Двумя неделями ранее я привел в поместье двух девушек. То, что началось как стриптиз, пока я наблюдал, как эти двое вылизывали одна другую, а потом голыми прижимались к друг другу на краю моей кровати, закончилось тем, что они лежали прикованные наручниками к столбу, дрожащие и сильно напуганные. Я не имел понятия, что случилось. Я пробыл в отключке половину их прелюдии.

— Сколько?

Ее брови взлетели вверх.

— Для тебя? Двадцать баксов.

— А если мы трахнемся?

Ее лицо загорелось улыбкой.

— Мама сможет получить лекарство на еще одну неделю. — Она подпрыгнула со своего места, вытаскивая меня за руку. — Давай, малыш. Я быстро заставлю тебя кончить.

Часть про ее мать была ложью. Большинство из них ткали манипулирующие истории, подобные этой — такие, которые свидетельствовали об их наркозависимости. Секс с женщиной не принесет эмоций, впрочем, как и чувство вины. Всего лишь сделка. Столкновение потребностей. Наличие дома женщины, привязанной к твоей постели, может весьма глубоко пробудить твои нужды, но я лучше выковыряю себе яйца стамеской, чем поддамся им. Хотя, избавиться от них — нужд — прямо сейчас может быть неплохой идеей.

Она повела меня в заднюю комнату, где полки были заставлены коробками, чистящие средства стояли на полу в стороне, а тусклый свет мог погаснуть от каждого очередного мерцания лампочки. Кладовая, насколько можно было сказать.

— Рев позволяет мне пользоваться задней комнатой. — Она повернулась ко мне лицом, прижимаясь своим телом к моему и наглаживая меня руками по плечам.

— Такой сильный, — прошептала она. — Ты наверняка выглядишь достаточно привлекательным без всей этой одежды, чтобы тебя съесть. — Когда она приласкала мое лицо, я поморщился, замечая подергивание ее глаза. Девушка потянулась за моей рукой, щипая за конец пальца, пытаясь снять с меня перчатку.