– Ха! Не может за себя постоять? Это Покойник-то? Да он сам первый лезет в драку!

– Все, хватит с меня, - решительно сказала Диана, поднимаясь.
– Не хочу больше говорить об этом. Не хочу слушать твои глупости. И видеть тебя не хочу. Из-за тебя сегодня едва не случилась беда.

Она направилась к дверям, но Брайан схватил ее за руку и развернул к себе.

– Ди, отдай пистолет, - угрожающим тоном сказал он.

– Не отдам, - ответила Диана и завела руку с оружием за спину.
– Не знаю, откуда ты его взял, но тебе ни к чему носить его с собой. Ты себя не контролируешь.

– Мне силой его отбирать?

– Попробуй, - сказала Диана и посмотрела ему в глаза. Через две или три секунды Брайан отвел взгляд и отступил в сторону.

– Ты напрасно его пожалела, - буркнул он.

Ничего не отвечая, Диана ушла в свою спальню. Сунула пистолет под подушку, села на кровать и задумалась. На душе у нее было очень тяжело. От брата, хотя и вспыльчивого и скорого на расправу, но отходчивого и в общем неплохого человека, она никак не ожидала столь неблаговидного поступка. Пусть даже этот поступок был продиктован заботой о благополучии сестры, оправдать его было невозможно. И ей в самом деле было очень жаль Рэндалла. Вероятно, впервые с того дня, когда она познакомилась с ним лично.

А зачем Рэндалл вообще приходил?
– вдруг с удивлением спросила себя Диана. Не для того же, чтобы поведать Брайану о своих чувствах к его сестре. Пришел он специально, чтобы поговорить с Брайаном... но о чем?

Озадаченная, она вернулась в гостиную и робко остановилась в дверях. Ну да, десять минут назад она сказала брату, что не хочет его видеть, но... ей нужно знать.

Брайан лежал на кушетке, вытянувшись во весь рост и закинув руки за голову, и смотрел в потолок.

– Брай, - неуверенным голосом позвала его Диана.
– А зачем он, собственно, приходил?

– Ни за чем, - ответил Брайан, не отрывая взгляд от потолка.
– Бред всякий нес.

– Какой бред?

– Такой. Не забивай себе голову, Ди. Он просто обкурившийся придурок.

Это объяснение Диану вовсе не устроило. Она видела Рэндалла несколько раз, говорила с ним, и он не произвел на нее впечатления обкурившегося придурка, склонного нести бред. Говорил он хоть зло и грубо, но вполне разумно, и ясно отдавал себе отчет в собственных словах. Похоже было, что речь шла не только о Диане. Видимо, Рэндалл сказал что-то еще, такое, что вывело Брайана из равновесия. Но допытываться о том, чтоименно, сейчас не имело смысла. Брайан был слишком раздражен, и Диана решила оставить его пока в покое.

Глава 8

Невысокого блондина лет восемнадцати, с узким, крысиным каким-то личиком, Дани приметил сразу - физиономия была не то чтобы совсем незнакомая, но не примелькавшаяся. Парень вроде бы явился откуда-то из южных кварталов; имя его, как Дани ни старался, так и не сумел вспомнить. Крысиный блондинчик ему не очень понравился; он, как и многие завсегдатаи импровизированного "клуба", вообще не любил, чтобы при игре присутствовали посторонние. В игре пришелец не участвовал, но упорно нарезал круги вокруг игроков, пока кто-то, раздраженный его мельтешением, не намекнул более чем прозрачно, что лучше бы ему посидеть на месте и не мозолить глаза людям. С подкупающей покорностью блондинчик повиновался, но место выбрал весьма неудачное - прямо за правым плечом у Дани. И кто его только притащил сюда?
– досадовал тот, со злостью поглядывая на непрошенного, не в меру любопытного соседа. Близость постороннего здорово затрудняло ему использование чипа. Следовало вести себя очень осторожно, играть с оглядкой.

Через пару кругов игра захватила Дани настолько, что он почти позабыл о любопытном блондинчике и почувствовал себя свободнее. Он уже выиграл небольшую сумму и мысленно потирал руки в ожидании более крупного выигрыша. Нынче боги игры явно благоволили ему - нужная карта сама шла ему в руки, даже к помощи чипа приходилось прибегать реже, чем обычно.

– ...А что это у тебя такое?
– вдруг спросил над его плечом чей-то голос, донесшийся до Дани как сквозь вату. Наступал самый кульминационный момент, Дани готовился уже выложить на стол свою выигрышную комбинацию и плохо воспринимал окружающие объекты за пределами тесного круга игроков.

– А?..
– сказал он рассеянно, не совсем понимая, кто и о чем его спрашивает.

– Вот эта штучка, - блондин, про которого он почти уже не помнил, нагнулся над его плечом и настырно тыкал пальцем в браслет часов на его руке.
– Что это?

– Часы, - ответил Дани, выпадая в реальность. Под ложечкой тревожно засосало, дурное предчувствие затопило холодом сердце, и от волнения он заговорил грубо, даже излишне грубо.
– Не видишь что ли, дурень?

– Полегче, ты, - сказал блондин и схватил его за руку.
– Следи за языком, малец. Если это часы, то я - суслик степной!

– Эй, Стэн, - вмешался Кактус, хмуря брови.
– Ты чего это к малышу прицепился? Отпусти-ка!

– Да вас этот малыш дурит! Вы поглядите, что у него на руке.

Предчувствуя, что вот-вот погорит, Дани задергался, но Стэн держал крепко, да еще потянул его за запястье, увлекая вперед. Игроки загудели и стали приподниматься со своих мест, тянули шеи.

– Глядите, глядите, - приговаривал Стэн.
– Это же чип, будь я неладен.

– Чип? Ты что болтаешь?

Бертье перехватил руку Дани и сильно потянул к себе. Дани охнул и, не удержавшись на ногах, пробежал несколько шагов вперед. И оказался со всех сторон окружен возбужденными, взбудораженными и напряженно хмурившимися людьми. Обвинение в жульничестве, хотя и не доказанное пока, было очень серьезным.