"Цунаде-сан, передайте Фугаку Учиха, - так некстати всплыло в ее памяти воспоминание, - Если я не вернусь чрез три часа, он может отправиться на поиски дрыхнущего в грязи от усталости Хокаге и прирученного Кьюби.. и не забудьте про рамен...". Цунаде хмыкнула и откинулась на спинку кресла, все еще не отводя взгляда от Наруто. Напряжение нарастало.

– Я предполагала, - наконец ответила она. Нара шумно вздохнул и покачал головой. Ино опять встревожено покосилась на Узумаки. Тот пожал плечами и снова уставился в окно:

– Понятно, - вздохнул он и, повернувшись к ней лицом, пристально взглянул на женщину: - Улыбнитесь... Хокаге-сама, я вам мстить не собираюсь. Сейчас у нас иные приоритеты, - уже более резвым голосом заявил он, пряча кулон под футболку. Шикамару Нара взглянул на него с неприкрытым интересом, попросту не представляя чего ждать от самого непредсказуемого ниндзя Конохи. Ино шумно вздохнула.

– И какие же?
– хмыкнув, спросила Цунаде, неосознанно вспоминая, что этого разговора Артфакт не предвидел.

– Вернуть Саске, - неожиданно улыбнулся Наруто и сразу же помрачнел - Но прежде всего уничтожить Акацки.

– Вот ты где мне уже, - прошипела Цунаде, резко поднимаясь с кресла и проводя пальцем поперек шеи. Потом схватила мозолящие глаз папки и демонстративно сложила их в аккуратную стопочку. Гнев улегся сам собой.

– Думаете, этим двоим можно верить?
– решила она перевести разговор в другое русло и кивнула на меч Суйгецу, который лежал рядом с ее столом. Нара облегченно вздохнул и почесал затылок.

Узумаки опять помрачнел и отвернулся к окну.

– Хокаге-сама, позвольте сказать, - неуверенно начала Ино и взглянула женщине в глаза. Цунаде слабо кивнула:

– Говори, - вздохнула она, понимая, что последних два часа буквально кишат сюрпризами. Ее взгляд опять тянулся к Узумаки. Его реакция ее будоражила. Женщина в который раз не узнавала этого человека.

Конец флешбека

Юноша тяжело вздохнул. Тревожные мысли угнетали. Сняв с шеи кулон, подаренный Цунаде, он подцепил к нему бусинку, потерянную Шинигами. А вдруг удастся выторговать у бога немного забытья за эту мелочь или свободы? Странное ощущение вспыхнуло внутри. Казалось, что все делает правильно ...

Наруто не знал. Закрыв глаза, он упал на кровать и тихо вздохнул. Сомнения, одно за другим одолевали его. Вопрос, правильно ли он поступил, угнетал, оставаясь без ответа.

Помнится, когда то давно третий хокаге Сарутоби говорил, что порой правда бывает лишней. Возможно, он был прав.

Улегшись на кровать, юноша невидящим взглядом уставился в потолок.

"Саске, а как бы поступил ты?" - мысленно спрашивал он, - "Как бы поступил каждый из нас по отдельности?"

Правда заключается в том, что никто этой самой правды не знает. Люди видят Наруто, носителя Кьюби. Люди знают, что Намикадзе пожертвовал собой и знают что его жена пропала... Сарутоби все любят и уважают. Учиха были убиты их же спятившим наследником...

Нужна ли сейчас вся эта подноготная Конохе?

А есть ли та самая Коноха, ради которой он готов пожертвовать всем? Закрыв глаза, юноша тяжело вздохнул.

Неожиданный стук, заставил мысли встрепенутся. Дверь тихо скрипнула, а потом послышались легкие шаги.

– Неджи сказал, что ты вернулся, - послышалось сзади. Наруто перевернулся на бок и встретился взглядом с Хинатой.

– Иди сюда, - тихо прошептал он, протягивая руку заплаканной девушке. Та, молча кивнув, легла рядом и прижалась к нему. Нежно погладив ее по волосам и чмокнув в лоб, Наруто обнял ее и закрыл глаза. Слова были не нужны... они были лишними.

* * *

Каждая ошибка оседает в сердце словно осадок. А каждая утрата прожигает в нем глубокие раны. Когда все это происходит одновременно, нестерпимая боль отравляет и тело, и душу. Разъедая в коконе собственных убеждений каждую нить... Очерняя каждую идею и действие.

Саске был отравлен собственным именем. Иногда ему казалось, что он не существует. Но солнце всходило с завидным постоянством, в очередной раз доказывая, что время идет и мир все еще существует. Саске хотел мести. Он хотел возрождения своего клана, прекрасно зная, что никогда не увидит его расцвета, потому что к тому времени уже давно будет мертв от старости, или же от ран. Так было... когда-то.