К чему мы готовы? Чего добиваемся? В жизни никогда не происходит так, как хочешь, если не приложить к этому максимум усилий. Все должно быть под контролем, словно от этого важна само ваше существование; словно это воздух, без которого не возможен вздох, не возможно движение. Ведь все, чего мы добиваемся в жизни - это результат действий. Как причина и следствие. Так или иначе, не более.

Судьбы не существует. Он твердил себе это столько, сколько себя помнил. Пробивался сквозь стены отчуждения, непонимания... презрения и страх. Постоянно демонстрировал, доказывал, шел напролом, заявляя о своем существовании. Иногда казалось, что все зря, когда в очередной раз кто-то поворачивался к нему спиной. И он кричал, шумел, дрался - только бы о нем не забыли... Единственного чего он на самом деле боялся- это исчезнуть без следа... Какой нелепый страх для шиноби. Но ведь разве не грустно утратить лицо, имя... исчезнуть? Но тем не менее...

Дом встретил его тишиной. Зайдя в квартиру, он молча разулся, сбросил у стены рюкзак. Устало побрел на кухню. Открыв холодильник, угрюмо посмотрел на вздувшийся пакет молока и хмыкнул. Жрать было нечего. Вспомнилась печеная рыбешка. Задумавшись, прошел в комнату и, сев за стол, уставился на одиноко стоящую старую, треснувшую чашку. Алая бусина, как и прежде, лежала там, поблескивая, словно драгоценный камень...

"Смотри вглубь Наруто... " - припомнился тихий, пронизанный сталью, голос из сна...
– "Смотри глубже, чем самое глубокое дно..."

Флешбек

– Парня отведешь к Сакеру, пусть как-то подавит его способность распадаться на воду, - задумчиво протянула Цунаде,- А девчонку к Иноичи...

– Он сейчас на задании, - возразил Абураме. Женщина тяжело вздохнула и хмыкнула:

– Тогда к Хиаши, - велела она, смерив подчиненного суровым взглядом, - Пусть поработает с ней, выяснит ее способности. Выполняй.

– Так точно, - кивнул Шиночи и быстро удалился. Как только дверь за ним закрылась, Цунаде устало взглянула на оставшихся в кабинете ребят. Шикамару бесцеремонно привалился спиной к шкафу. Наруто хмуро смотрел в окно. Ино то и дело косилась на дверь.

– Ну и что мне с вами делать?
– наконец поинтересовалась Хокаге и невольно отметила, как три пары глаз буквально прожгли ее взглядом, - Языки проглотили?

– Просто слегка проблематично начать, - хмыкнул Нара и как-то странно покосился на Узумаки. Наруто отмахнулся и снова уставился в окно. Шикамару пожал плечами и, схватив рюкзак товарища, вытащил оттуда две папки.

– Нас интересует что это, - прошептал Наруто, в то время как его товарищ положил папки прямо перед Цунаде. Женщина хмыкнула. "Дело о похищении Шикамару Нара", - гласила надпись на первой.

– Вижу, вы добрались до стола раньше советников, - усмехнулась она, открывая папку и листая ее.

– Можно и так сказать, - слабо улыбнулся Шикамару, - Может, объясните что это?

Цунаде закрыла папку и пристально взглянула парню в глаза:

– Всего лишь фальсификация, - улыбнулась она и, позвав Шизуне, велела принести кофе. На задворках сознание нарастало волнение. Раз ребята нашли этот документ, значит...

– Тогда что это...
– словно читая ее мысли, юноша убрал верхнюю папку в сторону и указал на вторую, потрепанную и в багровых пятнах, - Тоже фальсификация?

Потертое название невольно притягивало взгляд. Женщина даже бровью не повела.

– А ты как думаешь?
– вопросом на вопрос ответила она, в который раз скользя взглядом по названию. "Уголовное дело 385 . О покушении на жизнь Хируза Сарутоби", - гласили выцветшие строки. Взгляд невольно тянулся к замершей у окна фигуре.

– Я ни о чем не думаю,- уверенным, неожиданно спокойным тоном ответил вместо Шикамару Узумаки. Его взгляд все также был устремлен в сторону, - Нет смысла.

– Наруто...
– Ино быстро подошла к нему и попыталась заглянуть в глаза. Парень, отмахнулся, на миг зажмурил их, сдерживая эмоции.

Как он тогда говорил? Местью ничего не добьешься? Наверное. Но сейчас одна его часть кричит о том, что нужно все сравнять с землей.. а вторая...

– Худшее, что может быть в нашей жизни - это предательство, Цунаде-баа-чан, - наконец прошептал он и уверенно взглянул женщине в глаза, - Я хочу знать лишь одно, когда вы мне дарили вот эту безделушку... Вы знали?
– спросил он, снимая с шеи кулон, подаренный Цунаде, - Знали или нет?

В кабинете повисло молчание. Женщина сглотнула, не решаясь отвести взгляд. Казалось, сейчас, сквозь этого ребенка не нее смотрит сам Намикадзе. Еще по юношески мягкие черты лица, обострились. Суровый взгляд словно пронзал насквозь.