Он продолжал идти вперед, высматривая подходящую добычу, и вдруг его озарило: откуда убийца узнал, где он живет? Тейроне замер на месте, его затрясло.

Когда ему по внутренней связи позвонила толстая девица-мусульманка, он решил, что за ним пришли полицейские. Но к нему домой нагрянули не полицейские, только тогда он ни о чем не догадался.

Каким образом? Неужели убийца его выследил? Да, наверное. Он не хотел убивать Тейроне на улице, в толпе. Ему не нужны свидетели. И он следил за ним, ехал за такси. А Тейроне ничего не заметил!

Он оглянулся, медленно и осторожно, выискивая глазами мужчину в серой бейсболке. Или в чем-то похожем. Не заметив никого похожего, он зашагал дальше, соображая, как ему теперь быть. Время, время на исходе!

Почему цветной, такой же, как он, хочет его застрелить? Потому что он — свидетель.

Зачем цветной убийца явился в торговый центр, почему у него пистолет с глушителем, как у какого-нибудь секретного агента? Зачем он перебил всех охранников? Может быть, в торговом центре совершили крупное ограбление?

Или дело связано с наркотиками, а все охранники были мелкими дилерами, которые отщипывали часть прибыли себе? Иначе почему туда вдруг, ни с того ни с сего, явился цветной, да еще с пистолетом?

Тейроне выискивал подходящего лоха с телефоном. Неожиданно он подумал: ну что он за идиот! Вот что бывает из-за стресса. Зачем красть телефон, когда можно его купить!

Начальник участка «Си-Пойнт» все еще стоял, прислонившись к стене в кабинете начальника охраны. Он слушал, как капитан Мбали допрашивает Джерома, охранника, первым прибежавшего на место убийства. То же самое мог бы спросить и он, думал начальник участка. Оказывается, вовсе она не такая умная, как о ней говорят!

Джером до сих пор явно был в шоке. Белый как полотно, он говорил глухо и долго думал перед каждым ответом, как будто ему не хотелось вспоминать, что было. По его словам, расписание нарядов было составлено так, что охранники отдыхали по одному. Его перерыв был с девяти ноль-ноль, но он дежурил на парковке, с той стороны, что выходит на площадь, и сначала, по пути в столовую, он поболтал со знакомым. А потом ему захотелось взглянуть на Заколку — как он выглядит в жизни. Поэтому он спустился в пункт централизованного наблюдения. Он даже не был уверен, что начальник смены разрешит ему взглянуть на карманника, но решил попробовать, ведь они его так долго ловили.

— И вы вошли?

— Да.

— Дверь была открыта?

— Какая дверь?

— Та, что ведет в коридор.

— Нет. Она была закрыта.

— Вы заметили что-нибудь необычное?

— Господи… Я увидел, что они все убиты!

— Я имею в виду другое. До того, как вы вошли в ПЦН, вы заметили что-нибудь необычное?

— Нет. Только было очень тихо.

— Вы к чему-нибудь прикасались?

Зазвонил сотовый телефон начальника участка «Си-Пойнт». Он заметил, как укоризненно покосилась на него капитан Калени, и подумал: «Интересно, как я, по ее мнению, могу ей сейчас помочь?» Увидев на экране служебный номер, он вышел из кабинета и нажал кнопку «Прием вызова».

Звонили из дежурной части, голос констебля был взволнованным:

— Капитан, снова стреляли. На Скотсе-Клоф.

— Да? — Сердце у него упало, но он понимал, что не должен показывать виду.

— В одиннадцать тридцать три звонила женщина, она живет на Элла-стрит в доме восемнадцать. Сообщила, что к ней пытался вломиться вор, он перелезал через ограду. Я велел ей запереть все двери, она сказала: «Хорошо». Я выслал фургон, они прибыли на место в одиннадцать сорок четыре. Ворота по-прежнему были заперты. Они звонили, но никто не открыл…

У начальника участка лопнуло терпение.

— Кого убили? Ее?

— Да, капитан. Ее нашли внутри. Окно разбито…

— Еду.

У него определенно выдался неудачный день.

Тейроне купил телефон у сомалийцев на Аддерли-стрит. Сначала они пытались всучить ему телефон «LG Е900 Оптимус-7» за 900 рандов.

— Девятьсот за паленый телефон, к тому же на «Виндоуз»? Кто я, по-вашему, идиот?

— Хороший телефон. Не паленый.

— Мне плевать, хороший телефон или нет. За краденый телефон я девять сотен не дам. И мне не нужен телефон на «Виндоуз». Такие никому не нужны. Что у вас есть еще — в пределах двух сотен или меньше?

— Ничего. Две сотни? За две сотни ничего нет. Мы продаем только хорошие телефоны. Не ворованные.

У Тейроне не было времени говорить сомалийцу с бархатными глазами и широкой улыбкой все, что он о нем думал. Он покачал головой, отвернулся и зашагал прочь.

— Погоди, — сказал сомалиец, как и ожидал Тейроне. — Вот, есть один за двести.

— Двести за такое старье? Больше сотни не дам!

— Сто семьдесят пять. В нем есть сим-карта. Он работает! — Сомалиец включил телефон.