После этого мои соратники удивлённо переглянулись и надолго замолчали, видимо, пытаясь постичь всю глубину мыслей, рождённых моим могучим разумом, полным парадоксов. Что же, давным-давно один неглупый человек высказался уже по этому поводу. Ну, о том, что гений — это «парадоксов друг».

И так, через пол часа я переоделся и спустился в бар под чудным названием «Одинокий трепанг». Он был почти пуст, лишь за барной стойкой неторопливо занимался чем-то своим одетый в кимоно японец, да за столиком у большого окна во всю стену неподвижно сидел спиной ко мне какой-то мужчина, по-видимому, европеец, так как волосы у него были светлые.

Играла довольно приятная и ненавязчивая восточная музыка. Было тепло, тихо и уютно. ПОЭТ ещё не вернулся из своего эфирного путешествия, поэтому я заказал себе саке, сел за стол, находящийся в углу напротив окна, и стал задумчиво созерцать висящую напротив меня картину с видом на гору Фудзияма, покрытую снегом.

Незнакомец у окна, не торопясь, поднялся со своего стула, повернулся ко мне лицом, несколько секунд холодно и равнодушно рассматривал меня, потом подошёл к барной стойке и стал о чём-то разговаривать с барменом по-японски. Человек как человек… Действительно, европеец: высок, крепок, волевое и загорелое лицо, блондин, глаза голубые. На вид ему лет тридцать пять — сорок. Одет в дорогой серый костюм. Белая рубашка. На шее бабочка, в одной руке — длинная толстая трость, в другой — шляпа с широкими полями.

Я усмехнулся. Дань моде, стиль ретро… На Земле в последнее время широко распространилось это странное поветрие — носить шляпы и ходить с тростью. Но мне это нравилось. Шляпа, строгий костюм, бабочка и трость делают любого мужчину элегантным, придают ему шик. Вот только всё должно быть к месту и ко времени. К чему такая одежда в глухом рыбацком посёлке? Непонятно… Но, впрочем, каждый сходит с ума по-своему.

Мужчина снова искоса взглянул на меня, потом равнодушно отвернулся к окну. И тут внутри меня вдруг начало зарождаться какое-то пока непонятное и смутное беспокойство. Сначала я почувствовал в голове лёгкую и ненавязчивую пульсацию и последующую за ней дрожь, такую, которую создаёт птенец, созревший в яйце и приготовившийся к выходу во внешний мир. Потом беспокойство стало перерастать в тревогу. Птенец, начиная познавать свою сущность, решительно ударил клювом в скорлупу. Испытывая свои силы, он повторил эту попытку ещё и ещё раз и, наконец, разбил, расколол сдерживающую его преграду и вырвался наружу!

Я, готовясь к чему-то неприятному и неожиданному, инстинктивно сконцентрировался, напрягся, потом мгновенно расслабился и успокоился. РЕЛИКВИЯ на шее сначала потеплела, затем слегка завибрировала и снова вернулась в своё обычное нейтральное состояние. ЗВЕРЬ, лежавший, как оказалось, на полу в шаге от меня, слегка обозначил своё месторасположение, возникнув из пустоты на долю секунды и затем вальяжно нырнув в неё вновь.

Я пристально посмотрел на незнакомца, потом отвёл от него свой взгляд и стал изучать картину. Что не так? Что не то? Я закрыл глаза, сосредоточился, вошёл в Поле, просканировал все Пси-Порталы и Каналы Связи, проанализировал состояние Вихрей, протестировал Генераторы на Островах. Вроде бы всё нормально. Но почему тревога всё больше и больше овладевала мною? Непонятно…

Я вдруг почувствовал какое-то почти неуловимое движение воздуха, направленное в мою сторону, ощутил слабое, но вполне конкретное напряжение пространства вокруг себя, открыл глаза.

— Здравствуйте. Разрешите нарушить ваше уединение, — передо мною стоял тот самый мужчина в строгом костюме.

— Здравствуйте. Чем обязан, сударь? Какие обстоятельства заставили вас обратиться ко мне? — мягко спросил я, не вставая со своего стула.

— Как мне нравится ваш слог. Он так редок в наше время… Извините, что нарушил ваше уединение.

— Благодарю за извинение, — усмехнулся я. — Вы не нарушили моего уединения, ибо понятие уединённости не терпит относительности.

— То есть?

— Уединён только тот, кто уединён абсолютно. Мы с вами находимся в баре, где, кроме нас, присутствует ещё и бармен. Над нами имеется несколько номеров, занятых гостями. Мимо окна уже два раза прошли прохожие. Какая же это уединённость, сударь? Вот если бы я сейчас медитировал в какой-нибудь изолированной от мира горной пещере, где-то в Тибете, то это было бы совсем другое дело!

— Хорошо, — засмеялся незнакомец. — Как же по иному вы определите своё состояние?

— Я просто несколько отстранён от мира, всего лишь, — тонко улыбнулся я и, сняв на мгновение Индивидуальную Защиту, послал мужчине лёгкий телепатический сканирующий импульс.

Он не вызвал никакой ответной реакции. Я предпринял ещё одну, более решительную попытку, и обнаружил в мозгу незнакомца Пси-Матрицу! Так, так, интересно, интересно, но пока довольно! Я расслабился, встал, слегка поклонился.

— С кем имею честь беседовать? Какими судьбами вы оказались в этом тихом, Богом забытым, но в невероятно очаровательном месте?

— Дела фирмы… Я — представитель довольно крупной немецкой туристической компании. Путешествую по Японии, наблюдаю, выбираю, оцениваю и анализирую. В общих чертах так. Зовите меня ПОСЛАННИКОМ.

— Очень интересное имя, — задумчиво произнёс я. — Оно имеет глубокий смысл и предполагает довольно много значений. Бывают самые разные посланники. Кого-то и куда-то посылает туристическая фирма, кого-то — правительство страны, кого-то — дама, переполненная любовным томлением, кого-то — небеса. А кого-то — зловещая шпионская организация!