— Тогда все пополам, — радикальность решений подкупала.

— Как делить будем? — против желания, на мое лицо вернулась улыбка.

— Если снимать в аренду такую квартиру, то сколько будет? — не нуждаясь в моей помощи она продолжила: — делим пополам, это то, что я тебе должна за крышу над головой. Теперь коммунальные…..

Я сидел и улыбался, вырисовывающаяся картина была похожа на рай, Мила щедрой рукой отмеряла мою долю, наше будущее окрашивалось в розовые тона.

«— Как жаль, что так никогда не будет», — я ни на секунду не забывал о ее родителях. То, что подобные люди прощали своим детям, не распространялось на всех остальных.

Пожилой мужчина в твидовом полупальто, появившийся в дверях кухни, одним своим присутствием разрушил наш мирок.

— Иди в машину, — Мила сразу сникла, бросив на меня беспомощный взгляд. Ссутулившись, девушка прошла мимо отца, посторонившегося в дверном проеме.

Я сразу узнал этот голос, именно его я слышал во время разговора в фургоне. После того памятного события, я сообразил, что в машине никого не было, физическое тело моего собеседника находилось в тот раз где-то совсем в другом месте. Сегодня между нами было всего метра три, и этого было более чем достаточно.

Аура властности подавляла, заставляя опустить глаза, но я держался, зацепившись взглядом за его подбородок. Подбородок был волевым с ямочкой, я о таком мог только мечтать, мое лицо меня никогда не устраивало, оно было обычным, не привлекающим никакого внимания.

— Откуда у тебя это? — прозвучавший вопрос снял напряжение, возникшее в помещении.

— Подарок от мецената, — я ответил разглядев в его руке серебристый блистер от расходника для инъектора.

— Расскажешь все ему, — кивнув на кого-то стоящего за своей спиной в коридоре, он добавил: — после того как доктор тебя осмотрит.

Не прощаясь, он развернулся и покинул квартиру. К сожалению, покинуть так же быстро мою жизнь, скорее всего уже не входило в его планы.

«— Хоть он и не НПС, но репу я с ним кажется поднял», — остатки собственного достоинства пытались шутить.

Доктор был шустрым, в его холодных длинных пальцах я провел не больше пяти минут. Пробежавшись подушечками по моим ссадинам и обработав резаную рану, док сыпанул горсть таблеток и ушел, скороговоркой проинформировав о том что когда и сколько раз в день принимать.

— Меня зовут Ринат, — очередной персонаж выплыл перед моими глазами.

— Если не затруднит, повторите все то, что сказал Айболит, — мозговая активность стремилась к нулю, поворошив пальцем таблетки разбросанные на столе я пояснил: — ничего не запомнил, все как в тумане.

Очередной дядя в костюме начал что-то писать на листке бумаги по кивку Рината. Я как мог рассказал ему свою эпопею о получении инъекционного блока. Поковырявшись в моем компе, Ринат выудил из него все, что ему было надо. Единственная эмоция проскочила на его бесстрастном лице во время просмотра сохраненной видео-записи моего общения с дородной женщиной, подарившей мне гаджет. Было похоже на то, что он ее узнал, но делиться информацией не входило в круг его обязанностей.

Окончательно меня добило появление в квартире трех уборщиц. Гремя ведрами и швабрами, они буквально выдавили меня и из квартиры и из реального мира. Я нырнул в капсулу, уходя из сумасшедшего дома, в который превратилась моя жилплощадь.

В вирт-мире ЭКЗО был ранний вечер. Я стоял перед зданием магистрата, но идти туда одному не было смысла. Надо было дождаться Милу.

«— Даже телефон ее не знаю», — злость на ее отца никуда не делась, несмотря на немногие позитивные моменты возникшие после его появления.

— Привет, — услышал я со спины.

Боль под левой подмышкой, как раз напротив сердца, была терпимой. Я увидел лучника, гадко ухмылявшегося мне в лицо. Кирасу стражника ножом было не пробить, а вот воткнуть лезвие между ее сочленений было вполне по силам ловкому человеку. Повернувшись на оклик, я невольно подставил свой бок, чем не замедлил воспользоваться игрок из банды Орка.

Левая рука повисла плетью, согнувшись в плече от боли, я отвел правую за спину. Рукоять верного меча нырнула в ладонь.

— Привет, — я тоже мог быть вежливым.

Полшага вперед и лезвие идущее из-за спины по косой снизу вверх стерло улыбку с его лица.

— …,- с разрубленным горлом продолжить вежливый разговор лучник не смог.

Я осел рядом с ним на брусчатку. Откуда-то сбоку грохотали звуки бегущих к нам стражников, мое тело завалилось набок, боли уже не было, пришел холод.

Холод приходил ко мне почти всегда. Что чувствовали и видели другие игроки, погибая в игре, я не знал. Поговаривали, что в этот момент каждый видит что-то свое, программа вытаскивала из головы игрока его собственные ассоциации со смертью. Можно было не выходить из вирта и ждать момента возрождения, но так редко кто делал. Иногда возрождение задерживалось и приходилось ждать по несколько часов, тем более если смерть настигала героя далеко от точки возрождения.