Эта дверь должна была открываться только изнутри дворца.

Схватившись за поручень, Зола подняла руку и выступала на двери затейливый мотивчик.

Потом принялась ждать, раздумывая, достаточно ли четко она постучала, не пришли ли они слишком рано или слишком поздно и не развалился ли весь их план.

Но потом раздался шум. Скрип засова, прокручивание шестеренок в замке и визг несмазанных петель.

Перед ней стояла Ико, светившаяся от радости. В руках у нее была стопка аккуратно сложенной униформы.

– Приветствуем вас в императорском дворце Нового Пекина!

Хотя Торну не хотелось признавать этого, ему было обидно, что пришлось отстать от Золы и вести неуклюжего, тяжело дышащего доктора. До сих пор старик был с ним не слишком приветлив и, очевидно, не считал, что избавить его от слепоты — дело первой необходимости. Не говоря уже о том сумасшедшем вздоре, который доктор беспрестанно нес, шагая по туннелю. Но, несмотря ни на что, они все же добрались. Они во дворце и направляются к лабораториям, где находится оборудование, необходимое для того, чтобы выполнить всю эту псевдонаучную чехарду с восстановлением сетчатки, о которой толковал доктор.

Без посторонней помощи.

Только они вдвоем.

– Сюда, - позвал доктор, и Торн пошел на его голос, ведя ладонью по стене, чтобы не упасть. Ему было неудобно без трости, но зато он мог слышать равномерное постукивание впереди и шагать на звук. К тому же доктору трость была нужнее.

Торн искренне надеялся, что старик не отключится от изнеможения прямо на ходу. Это бы все испортило.

– Видите кого-нибудь?
– спросил он.

– Не задавай мне глупых вопросов.

Торн нахмурился, но оставил реплику доктора без ответа. Все происходило так, как они и рассчитывали. Никто не ожидал, что во дворец проникнут со стороны секретных туннелей, и, пока вся охрана собралась у входа во дворец и в бальном зале, все лабораторное крыло дворца было предоставлено в полное их с доктором распоряжение.

По крайней мере до того момента, как надо будет отвлечь внимание охранников от Золы и Кресс.

Теплые на ощупь бумажные обои под ладонью сменились на что-то гладкое и прохладное. Затем раздался скрип двери.

– Сюда, - позвал доктор.
– Осторожно, лестница.

– А почему нельзя спуститься на лифте?

– Им управляет андроид. Потребуется авторизованный чип.

Торн схватился за поручень и последовал за док-тором наверх. Тому пришлось дважды остановиться, чтобы перевести дыхание, и Торн терпеливо ждал, раздумывая о том, чем, интересно, сейчас занимается Кресс. Сможет ли она быть во всеоружии, когда наста-нет нужный момент?

Он решил не забивать себе этим голову. С ней был Волк. Все будет в порядке.

В конце концов доктор открыл еще одну дверь. Торн прошел по твердому, скользкому полу. Над головой жужжали галогеновые лампы.

– Малая лаборатория 6D. Знаешь, именно тут я и встретил принцессу.

– Лаборатория 6D. Точно. Я тоже часто встречаю принцесс в лабораториях.
– Он насмешливо сморщил нос. В лаборатории пахло госпиталем, стерильными бинтами, холодом и лекарствами.

– В четырех шагах от тебя операционный стол. Подойди и ложись.

– Точно? Вы не хотите сделать небольшой перерыв, перевести дыхание?..

– У нас нет времени.

Сглотнув, Торн наклонился и нащупал стол с мягкой обивкой. Взявшись рукой за краешек, он взгромоздился на стол. Стерильная одноразовая простынь смялась под ним.

– Это, случайно, не та часть операции, где вы будете втыкать острые предметы в мою тазовую кость? Может быть, не стоит торопиться?

– Нервничаешь?

– Да. Ужас как.

Доктор насмешливо фыркнул.

– Похоже на тебя. В конце концов из-под маски заносчивости показался обычный человек. Я совсем не удивлен.

– А может быть, вы сосредоточитесь на процессе? Все-таки это мое зрение. Моя тазовая кость.

– Моя страна. Моя принцесса. Моя дочь,

– Что за дочь? О чем вы вообще говорите?

Доктор хмыкнул, и Торн услышал, как он шарит по

ящикам.

– Ты лишился зрения, когда пытался спасти Крессиду с того спутника. Только поэтому я считаю себя твоим должником.

Торн поскреб челюсть.

– В самом деле?

– Она, случайно, не говорила, сколько времени провела в заключении?

– Кресс? Семь лет на спутнике.

– Семь лет!

– Ага. А до этого, как я понимаю, ее держали с другими пустышками в каких-то катакомбах вулканического происхождения. Я не помню. Эта ведьма брала у них анализы крови, но Кресс не знает почему.

Дверь кабинета с грохотом захлопнулась, и воцарилась тишина.

– Доктор?

– Собирала анализы крови? У пустышек?

– Странно, не так ли? По крайней мере хорошо, что ее не подвергли генному модифицированию, как Вол-ка.
– Торн покачал головой.
– Я не уверен насчет этих лунных исследователей. Они делали много странных вещей.