— Следующая остановка — Нагоя, — сказала она бодрым тоном. — Станция Нагоя.

— Времени мало, — сказал Томо. — Нужно забрать меч и вернуться в Шизуоку.

Забрать меч? Хоть в этом и был смысл, я понятия не имела, как мы сможем забрать оттуда меч. Было сложно пробраться к первым двум сокровищам, так разве священники не заметят, что мы пытаемся украсть самый ценный меч в стране?

Мы пересели на местный поезд в Нагое и добрались до станции Джингу-Маэ, где среди современных зданий расположился храм Ацута, окруженный темно-зеленой живой изгородью, переплетенной в единую ограду.

Я вышла из здания станции, но Ишикава схватил меня за руку. Я обернулась и увидела у него сухой зонтик.

— Вот.

— Спасибо, — сказала я, взяв зонтик. Он кивнул и открыл себе другой. Я оглянулась и увидела, что у Томо есть свой.

— Я купил их внутри, — сказал Ишикава.

Томо похлопал его по плечу.

— Идем, — он пошел вперед, готовый столкнуться с тем, что ждало нас. Я не спешила.

— Ишикава, — сказала я. — Случившееся в Исэ. Я…

— Урусэ, — сказал он, покраснев. — Заткнись, Грин.

Я не сдавалась.

— Но я чувствую себя ужасно. Ты мерз на улице, а я… Но ты не так все понял, и мне очень жаль, и…

— Кэти, — он назвал меня по имени, и это заставило меня замолчать. Он смотрел вслед Томо, переходившему улицу под дождем. — Как я уже и говорил, если я не смогу быть с ним там, ты меня заменишь, да?

Я сглотнула.

— Ладно.

— Просто… это все сложно принять. Мне станет лучше, — улыбнулся Ишикава. — Он такой балбес, так что не думай, что тебе с ним повезло.

Я не сдержала улыбку.

— И еще кое-что, — сказал он, шагнув вперед. Дождь застучал по его зонтику. — Зови меня Сатоши, если хочешь. Я не обижусь.

— Сатоши-кун, — попыталась я.

Он легонько стукнул меня по затылку.

— Сатоши-семпай, — исправил он. — Черт, Грин, ты или глупая, или не уважаешь старшеклассников, — он побежал вслед за Томо. Я посмотрела на них, как они вместе шли под дождем под одинаковыми зонтиками.

Сердце болело, но я должна была думать о том, зачем мы здесь. Чтобы у Томо, Сатоши и меня началась нормальная жизнь, которой мы так хотели. Я шагнула под дождь.

Храм Ацута был уменьшенной версией Исэ Джингу, те же дорожки мимо садов, хрустящий под ногами гравий, густые кедры, обвитые веревками с белыми тряпичными оберегами. Томо перепрыгнул ограду, чтобы не проходить через врата, и мы обошли главный храм, направившись к крупному квадратному зданию справа.

Мне приходилось бежать, чтобы не отставать.

— Ты чувствуешь сокровище?

Он покачал головой, и я заметила в его глазах тревогу.

— Я вообще ничего не чувствую, — он так отчаянно искал первые два сокровища, но сейчас казался слишком спокойным.

— Проверим сначала здесь, — сказал Ишикава, когда мы оказались у квадратного здания. — Это музей. Здесь хранятся древние мечи и прочая рухлядь.

Мы поднялись по ступенькам в полутьму зала. Ишикава — Сатоши — был прав. Здание оказалось маленьким музеем с покрытыми серыми коврами стенами и предметами древности в пластиковых и стеклянных витринах. Были здесь коробки, полные маленьких магатама и ржавых мечей, изогнутых, словно катана в бронзовых и серебряных ножнах. Отдельно стояла броня самурая, похожая на ту, в которой в моем сне был Джун.

— Здесь что-то есть, Юуто?

Томо покачал головой, он проходил мимо витрины с масками демонов.

— Не понимаю. Меч должен быть здесь, но… я его нигде не чувствую.

— Поищем в другом здании, — сказала я. — Может, он в главном храме.

— Нет, — сказал Томо. — Я вообще ничего не чувствую. Магатаму я ощущал еще вне храма, как и зеркало. Словно биение сердца, словно голос ветра.

Он был прав. Я тоже слышала голоса, тихий шепот, но все же различимый. Здесь было тихо. Ни голоса, ни шепота, ни покалывания на коже.

Томо покинул здание музея, и мы пошли за ним через сад. Дождь ручейками тек по каменным каналам, что паутиной пролегали на землях храма. Мы прошли двух служительниц храма с коробками с амулетами, их яркие красные хакама шуршали, пока они спешили укрыться от дождя. Темные тучи закрыли небо, и солнце едва могло пробиться сквозь них.

Я хотела снова спросить у Томо, чувствует ли он что-нибудь, но его мрачный и растерянный вид уже был ответом.

— Они как-то узнали, что мы придем? — тихо спросила я. — И спрятали меч?