— Мое самолюбие. Меня только что поколотил самый видный представитель Американской ассоциации пенсионеров.

— Наверное, тебя можно назвать везунчиком, — покачала головой Маргарет.

— Тогда купи мне гребаный билет в лотерею. Может быть, мне и там повезет и я выиграю кучу денег?

— За прошедшие три месяца Дью много мне рассказал. Он убил многих людей, Перри. Я знаю, ты большой и сильный. Ты умеешь сражаться, зато Дью Филлипс умеет убивать. Почувствуй разницу…

— Ха! — усмехнулся Перри. — Но меня-то он оставил в живых. Значит, я победил, что ли?

Маргарет рассмеялась.

— Смотри-ка! А ты не разучился шутить! Видимо, твои дела не так уж плохи.

— Ну-ну, кто бы говорил! Поверь, я лучше чувствую.

Она убрала с раны кровавую марлю, после чего налила туда немного перекиси водорода.

— Не больно? — спросила она.

— По сравнению с тем, как тебя колотят ножкой от стола?! Нет, конечно! Скорее, похоже на чувственный массаж…

— Ну, хорошо, тогда будем это считать твоим счастливым избавлением.

Она начала накладывать швы на его порезы. Шесть стежков на лбу, пять — в теменной части головы и еще три — на нижней губе.

— Что у меня с глазом? — спросил Перри. — Совсем плохи дела?

Маргарет приоткрыла пальцем верхнее и нижнее веко, несколько раз щелкнула миниатюрным фонариком. Глаз был уже заполнен кровью, но зрачок сужался при каждой вспышке.

— У тебя сумасшедший фингал, но хочу обрадовать: глаз цел, он реагирует на свет. Значит, все будет хорошо.

Она заставила Перри снять рубашку. Ее взгляд задержался на заскорузлом рубце размером с кулак на его правой ключице, потом переместился на аналогичный рубец на левом предплечье. Маргарет занималась лечением Перри Доуси несколько недель и знала о других ужасных рубцах: на левом бедре, в центре спины, на правой ягодице и еще — немного поменьше — на левой голени.

Проверив состояние ребер, Маргарет пришла к выводу, что здесь Перри легко отделался: переломов не обнаружено. Снимать штаны он напрочь отказался, и пришлось поверить ему на слово, что бедра у него в порядке. Она закончила осмотр проверкой колена — задрав штанину и тщательно прощупав больное место кончиками пальцев. Колено было вздуто, но переломов Монтойя не обнаружила. Поэтому она надавила посильнее, чтобы проверить, нет ли повреждения связок.

— Тебе больно, когда я так делаю? — спросила она.

— Да, — кивнул Перри.

— Опиши боль.

— Чертовски мучительная боль — подходящий эпитет?

Маргарет замерла.

— Но почему ты сразу ничего мне не сказал?

Доуси пожал плечами:

— Мы с болью давние приятели…

— Ну, что ж, тогда тебе и твоему старому приятелю придется провести некоторое время вместе, пока все хорошенько не заживет. Сможешь вернуться в свой номер?

Перри с трудом поднялся на ноги. Маргарет пыталась помочь, но Доуси был слишком грузен. Она чувствовала себя подобно маленькой девочке, которая лишь делает вид, что помогает, а на самом деле ее участие не имеет никакого значения. В аптечке она нашла пузырек с ибупрофеном.

— Прими четыре таблетки и постарайся уснуть, хорошо? Позже я приду и осмотрю тебя.

Взяв пузырек, Перри заковылял к двери. Он открыл ее, затем обернулся.

— Скажите Дью, что нам нужно встретиться, — попросил Доуси. — Скажите, что это очень важно и что… больше я не буду доставлять ему неприятности.

— Встреча ведь может подождать до утра? — забеспокоилась Маргарет. — Мне нужно, чтобы ты выспался.

Перри задумался на секунду, потом кивнул. Он поднял пузырек, помахал им на прощание и отправился в номер.

Ей действительно хотелось, чтобы он выспался. Но она также опасалась повторной схватки. Доуси теперь сильно изменился, он был фактически побежден. Что у него сейчас на душе? Дью, скорее всего, тоже не успокоился, поэтому любое невзначай брошенное слово может запросто спровоцировать новый конфликт. И он наверняка закончится кровопролитием.

Единственная причина того, что футболист все еще жив, заключалась в том, что так хотел Дью Филлипс.

Маргарет должна была убедиться в том, что Дью не передумал.

Когда члены семьи Джуэллов заснули, начались изменения.

Новые семена вели себя во многом аналогично тем, какими заразился в свое время Перри Доуси. По крайней мере, на первых порах. Семена обнаружили крошечные подкожные клещи Demodex folliculorum, обитающие на теле каждого человека на планете. Поскольку семена выглядели и пахли как частички мертвой кожи, составлявшей единственную пищу этих клещей, они просто съели их. Ферменты переваривания белков в желудках микроскопических арахнидов атаковали оболочки семян, взламывая их, обеспечивая доступ кислорода и тем самым способствуя прорастанию.