Если бы они и смогли как-нибудь получить такой образец, то, скорее всего, пользы от него было бы немного. Агентство национальной безопасности, занимавшееся радиотехнической разведкой и шифрованием для правительства, не обнаружило там никаких сигналов. Никто не понимал, как связывались и общались между собой треугольники и личинки. Большинство экспертов в АНБ склонялось к гипотезе, что определенная форма коммуникации осуществляется через так называемое квантовое туннелирование, но в лучшем случае это были лишь догадки, не основанные ни на каких серьезных данных.

Независимо от научных теорий присущий Перри Доуси инстинкт возвращения к месту рождения был единственным, что позволяло им хоть как-то реагировать на новые очаги заражения и бороться с неведомыми паразитами. К сожалению, когда он находил зараженные организмы, то просто убивал их. Первым стал Кевин Мест, кочергой забивший до смерти трех своих приятелей. В этом случае Перри настаивал на том, что всего лишь оборонялся, и ему тогда поверили. А его аналогичное заявление по поводу трех сгоревших живьем восьмидесятилетних старушек? Поверить в такое было намного сложнее.

Но что бы он ни делал и как бы мерзко это все ни выглядело, он каким-то непостижимым образом все равно находил их таинственные сооружения. Смерть Кевина Места привела к тому, что Огден вместе со своим отрядом уничтожил подобную конструкцию в Мейзере. А как же три пожилые леди, сожженные Перри? Именно благодаря им Огден сейчас находился в Южном Блумингвилле и должен разобраться с обнаруженной там конструкцией.

Глидден — это несколько иной случай. Так, по крайней мере, сказал Дью. Его агенты, Клод Баумгартнер и Йенс Милнер, постоянно присматривали за Доуси. Их задачей было захватить живого переносчика заразы. Когда им это удастся, Маргарет сможет прооперировать инфицированного и попытаться удалить из него паразитов.

Лонгуорту живые носители были нужны по другим причинам. Однако эти причины были довольно противоречивыми и, по сути, создавали тупиковую ситуацию. Ему хотелось учинить допрос… треугольникам. Теоретически звучит неплохо, но Маргарет придется хирургическим путем удалять из тела человека-носителя любые посторонние наросты. Если в результате треугольник погибнет, но выживет человек, Мюррея это вряд ли устроит. Но что поделаешь? Ее работа состоит в том, чтобы, прежде всего, спасать жизни, а не держать человека на цепи в качестве некоего связующего звена между людьми и паразитами.

Кларенс изучал разложенную на коленях карту. Обратной стороной ладони он вытер пот со лба, затем шумно выдохнул. Вид у него был сердитый.

— Знаешь, Марго, этот костюм действует мне на нервы, — сказал он. — Я сейчас его сниму.

— Кларенс, перестань, — поморщилась Маргарет. — Мне не хочется заново все тебе объяснять.

— Но от этой штуки ровным счетом никакого проку, — не унимался Кларенс. — Тот же Дью имел дело с десятком подобных трупов, если не больше. И ничего такого не подхватил, так ведь?

— И все-таки.

Эймос улыбнулся.

— Ты похож на черного пухленького человека-желе. Да, надо признаться, вид у тебя не очень.

— А ты смахиваешь на невысокого, но очень злобного куклуксклановца, только не в белой, а в черной одежде, — ответил Кларенс.

Он снова посмотрел на Маргарет.

— А как насчет Доуси? Ты ведь подлатала его как следует, но не обросла при этом чертовыми треугольниками. Мне в гребаном костюме так жарко, что я уже весь вспотел. А когда я потный, то и в самом деле выгляжу неважно.

На этот счет у Маргарет была совсем другая точка зрения. Она не раз видела агента ЦРУ Кларенса Отто абсолютно потного, и ей это очень нравилось. Потому что общались они с ним совсем в другой, гораздо более интимной обстановке. В эти моменты близости потели оба, но вид обнаженного и потного Кларенса был для нее весьма привлекательным зрелищем.

Эймос рассмеялся.

— Хочешь, чтобы я поверил в эту сказку про то, что тебе душно? Но меня-то не проведешь. Серьезно, Отто, ты хотя бы придумал что-нибудь поинтереснее. Забавно наблюдать, как вы двое между собой воркуете, думая, что никто вокруг ничего не замечает.

— Этот костюм эффективен только от микробов, — заметил Кларенс. — Но я боюсь, что он вряд ли защитит от удара пистолетной рукояткой…

Эймос снова прыснул и поднял вверх ладони, давая знак приятелю, чтобы тот успокоился.

Голос у Кларенса был жесткий и порой настораживал постороннего слушателя, но за три месяца они с Эймосом сильно подружились. На самом деле Кларенс Отто был весьма приятным человеком. Остроумный, всегда готовый помочь, почтительный и склонный к дедуктивному мышлению, он часто мог найти практическое применение научным изысканиям Маргарет и Эймоса Ханта. Что касается Эймоса, то его энциклопедические познания, эрудиция в самых разных областях и удивительная проницательность помогали всей команде быть на шаг впереди любых стоящих перед ними проблем. Сейчас это, скорее, было всего полшага, но все-таки они впереди.