искал потерянное слово,

не доверяя словарям,

ходил по комнате и снова

всё перечёркивал к чертям.

На стенке ходики зависли,

зависли строчки и сюжет.

Разноголосье слов и мыслей

и рифм избитых пустоцвет.

Она, казалось, умирала

на эти несколько минут,

пока душа его искала

в миры потерянные путь,

и возвращалась к битой строчке

в квартиру на второй этаж,

и вновь летел от точки к точке

его усталый карандаш.

А за окном дождило лето,

но было им вдвоём плевать,

она любила в нём поэта

и оставалась ночевать.

(2010)

ОПУСТЕВШИЙ ГОД

Год опустел, как старый дом,

закрыт на ключ и сдан в аренду

воспоминаньям о былом,

досужим сплетням и легендам.

Привольно в здании Теням

бродить средь пыльных коридоров

и подбирать забытый хлам

чужих обид и разговоров.

Судить с ухмылкою мечты,

пить из оставленных стаканов,

и по слогам читать листы

из не случившихся романов.

Все отраженья в зеркалах

дотошно разбирать на части,

в осколках битого стекла

ища нечаянное счастье.

Подсматривать из-за двери,

нахально и нетерпеливо,

и шумно заключать пари

о наших истинных мотивах.

Пускай их... Сплетням на прокорм

оставим всё, что было с нами,

и в Новый год, как в новый дом

мы въедем с новыми мечтами.

(2010)

ОСЕННИЙ ДОЖДЬ

Осенний дождь...Последняя глава,

под ней пустое место для заметок.

Холодный ветер обрывает с веток

души подросшей смыслы и слова.

Чем меньше день, тем больше суеты,

чем дольше ночь, тем дальше до рассвета.

Душа дрожит – она почти раздета,

страницы книги перед ней чисты.

И вновь с пером справляюсь я едва,

не слышу слов, не замечаю меток.

Листва под ноги облетает с веток.

Осенний дождь... И первая глава.

(2010)

ОСЕНЬ НАШИХ ДНЕЙ

У осени наших дней

шаги и повадки лисьи.

И я тороплюсь прочесть

побольше до сна страниц,

пока в голове моей

ещё не сжигают листья

и дым от костров не скрыл

любимых лиц.

Пусть автор, властитель дум,

меня подгоняет тоже:

мне дорог теперь любой

свободный и тихий час,

пока на меня костюм

не сшили из старой кожи,

из дряблых морщин, из тьмы

потухших глаз.

Срываю слова с петель,

что были из тех немногих

душе заменявших дверь

в течение долгих лет,

пока изнутри метель

мне не замела дороги

на утренний тёплый свет,

к тебе на свет.

(2012)

ОЧЕНЬ ЖЕСТОКИЙ

ПИРАТСКИЙ РОМАНС

Был крепкий ром заката

разлит в пустые чарки,

едва вокруг закончились

сраженье и стрельба.

И над «Веселым Роджером»

кружились в небе чайки,

и плакали гитара,

скрипка и труба.

Старались музыканты,

спасая жизнь игрою,

тонуло солнце медленно

и гасло вдалеке,

и танцевал с мулаткой,

как с собственной судьбою

пират с повязкой черной

и шрамом на щеке.

О, этот миг заката,

когда еще пылает

душа веселой страстью

и жаркою борьбой!

Последний миг заката,

когда еще не знает

душа о том, что скоро

приют покинет свой.

Туман сырою тряпкой

болтается на рее,

давно умолкли скрипка,

гитара и труба.

А полночь острым лезвием

поцеловала шею,

и сонного пирата

нашла его судьба.

Холодный бриз восхода

не унести с собою,