– Какая жалость - вздохнул Артём - а когда придет эта красивая девушка, чтобы я тоже смог оценить масштаб потери Кирилла?

– Думаешь, ты здесь самый умный?
– зло сверкнула глазами Аннет, наклонившись к лицу Смелова - продолжишь так болтать и всё, что тебе светить - это порно - сайты, малыш.

– Увы, но думаю, что этот вариант тоже не для меня - сквозь зубы произнёс Артём, скрестив руки на груди.

– Даже не сомневалась - фыркнула девушка.

– Боюсь, что твое лицо среди участников могу встретить - закончил свою мысль парень, с удовольствием смотря на то, как матовая кожа лица девушки становиться красной, под цвет волос.

– Ублюдок!
– зашипела Аннет - я тебе сейчас оторву...

– Ребятушки!
– вклинился в обмен любезностями Осипов, выпуская девушку из объятий и пихая высокомерно улыбающегося Смелова к дверям дтрех этажного здания, что стояло почти на самом углу улицы и в двери которого то и дело заходил народ - смотрите сколько времени! Кажется, нам уже пора! Аннет, милая, с нетерпением жду твоего выхода. Надеюсь, что ты подаришь мне завтрашний вечер?

– Договоримся - улыбнулась девушка, проведя ладонями по рукам Кирилла - если я не найду более достойного кандидата для этой роли.

– Ты меня убиваешь - шутливо схватился за сердца Осипов, чем вызвал смех Аннет.

– Увидимся - поцеловав парня в щеку, она легко развернулась и, не удостоив скучающего Артёма взглядом, уверенным шагом направилась в сторону паркующихся машин, отвечая на приветствия знакомых.

– Какая женщина - мечтательно вздохнул Осипов, не отрывая взгляда от тонкой фигуры - она прекрасна!

– Она проститутка - косо посмотрел на друга Артём - не знал, что тебе нравятся такие особы.

– Не проститутка, а фотомодель - наставительно отозвался Кирилл, направляясь в сторону здания, возле которого останавливались все новые машины.

– Она снимается обнаженной.

– Это называется "стиль ню".

– Сказал бы я, как это называется - пробормотал Артём, мельком бросая взгляда на веселых парней и девушек.

– Ты слишком привередлив - усмехнулся Кирилл - такими темпами, друг мой, ты никогда не узнаешь счастья быть мужчиной.

– Иди уже, шлюх местного разлива - толкнул Осипова в спину Артём.

Кирилл хмыкнул, но ничего сказал, решив оставить высказывание без внимания. Ему вполне хватало своих проблем, чтобы раздумывать ещё и над тем, как он выглядит в глазах Артёма Смелова.

***

– Куда собираешься?

Я поморщилась, но выпила пару таблеток, надеясь, что голова перестанет гудеть, а тело гореть как в огне. Очень надеюсь, что у Преображенского была действительно веская причина вытаскивать меня из дома в таком состоянии.

– Гулять - прохрипела я ответ на папин вопрос - Илья позвал.

– Что, больная пойдешь?
– удивленно поднял брови отец, размешивая сахар в чае, то и дело бросая взгляды на возвышающийся перед ним торт.

Мне стоило сразу понять, кому именно Илья принес это кондитерское изделие. Паршивый лис.

Меня начинало раздражать абсолютно всё, начиная от высокого горла свитера, до коротких рыжей прядей, что выбились из длинной косы. Хотелось вернуться в кровать и, укрывшись с головой, спокойно пострадать из-за собственной никчемности в романтических отношениях.

Даже Алый олень - тот, кто по версии сайта "Силуэт" подходит мне на сто процентов, отделывался общими, ничего не значащими фразами, не пытаясь узнать что - то обо мне, или же рассказать о себе.

Похоже, что сайт безбожно врет.

– Да - ответила я на вопрос отца, делая ещё несколько глотков, чтобы избавиться от вкуса горечи на языке после антибиотиков.

В сиреневом свитере с высоким горлом становилось так жарко, что уже не хватало воздуха. Вот только если я его сниму, станет гораздо хуже. Это я знала по своему горькому опыту. И приспичило Илье именно сегодня прогуляться.

– Какие жертвы - притворно ужаснулся папа и, видимо что - то для себя решив, попросил - подай- ка мне нож.

– Не хочу никуда идти - призналась я, передавая отцу требуемое - я вообще никуда с ним идти не хочу.

Вот только кто меня спрашивает?

– Так не иди - пожал плечами папа, осторожно убирая крышку с торта, одобрительно кивая, увидев содержимое - делов - то. Не пойму смысла трагедии.

– Не могу. Я уже пообещала.

Отец поднял голову, нахмурившись. Он