– Вы уже знаете, как меня зовут, так что… – я замолчала и, прочистив горло, постаралась не превратиться у его ног в желейную массу. – Дайте мне одеться, и я освобожу вашу комнату.

Он тут же отпустил мою руку.

– В этом нет необходимости. – Развернувшись, Сен-Жермен вышел из комнаты. А пару секунд спустя я услышала, как захлопнулась дверь, звук эхом прокатился по дому.

Ого! Его реакция несколько сбивала с толку. В одну минуту он, казалось, был готов схватить меня в охапку и прижать к стене, а в следующее мгновение стремглав сбежал из комнаты, словно тут бушевал пожар.

Схватив сумку, я быстро надела чистое нижнее бельё и скользнула в постель. А сердце по-прежнему бешено колотилось в груди. Натянув пуховое одеяло до подбородка, я прокрутила в голове всё произошедшее. Неожиданно с моих губ сорвался смешок, сведя на нет смущение, возникшее, когда меня застукали разгуливающей по комнате в чём мать родила. За первой вспышкой веселья последовала вторая, когда вспомнила, как Ремингтон не мог оторвать глаз от моей груди. А заметив, что я застукала его за разглядыванием, так лихо изобразил безразличие.

Высокомерный осёл.

Ну что ж… Если это был знак того, я проведу время в Париже, то, можно сказать, что начало довольно-таки неплохое.

Я получше укуталась в одеяло. Но когда сон уже почти одолел меня, снова вернулись страхи. Каждую ночь после развода они теснились в голове и не давали уснуть.

Что, если у меня не получится стать такой же хорошей моделью, как раньше? Смогу ли я флиртовать и встречаться с мужчиной и при этом в него не влюбиться? И им уж точно не будет хозяин этого дома. Но, возможно, мне всё же удастся найти какого-нибудь претендента?

Когда я прижала руку к шраму на животе, то почувствовала, что ко мне вернулись уверенность. Я многое потеряла, но не собиралась позволить случившемуся управлять мной или моей жизнью. И теперь я готова двигаться дальше.

Тяжело дыша, я прижался спиной к двери. Перешагнув порог дома, я уже знал, что Селена здесь, но совершенно не ожидал найти её в своей спальне полностью обнажённой.

Ранее этим вечером, покинув её у стойки администратора, я остановился кое с кем поздороваться и услышал их разговор с портье по поводу гостиничного номера. Задержавшись подольше, я узнал, что ей негде остановиться этой ночью. Но больше всего меня удивило то, что она говорила по телефону с моим хорошим другом Эндрю. Я просто не мог поверить в свою удачу. Каковы шансы, что именно эта женщина, которую я только что встретил и с которой перекинулся парой фраз, окажется знакома с моим другом?

После того как она повесила трубку, я быстро набрал Эндрю, напрямик спросил о Селене и попросил предложить ей для ночлега свой дом. Я не люблю ходить вокруг да около, и если чего-то хочу, то иду и беру. Кроме того, разве я не был добрым самаритянином? Специально отложив полёт в Прованс, я поехал к частному ангару, где меня ждали моя мать с моим сыном, чтоб вместе улететь.

Сегодня утром мать прилетела из Лондона и забрала Эдриена из детского садика. Позднее во второй половине дня Адель отвезла их в ангар, где они должны были дожидаться меня.

Забрав сына, я сообщил матери, что мне необходимо срочно решить кое-какие неотложные дела. И пообещал увидеться с ней через пару дней. А потом поехал обратно в особняк. В конце концов, каким бы я был хозяином, если бы, предложив гостье остановиться у меня, оставил её в одиночестве?

Удовлетворенный собственными рассуждениями, я отошёл от двери, зарывшись пальцами в волосы.

Селена заинтриговала меня. Сначала единственное, что я заметил в отеле – это уверенную в себе, красивую и чувственную женщину. Она выглядела великолепно. Если говорить откровенно, то изгибами своего умопомрачительного тела она практически сбила меня с ног.

Я закрыл глаза, и тут же в памяти всплыл образ Колетт – матери Эдриена. Злость, сжигавшая меня изнутри после её смерти, постепенно утихла, а взамен пришло смирение. Но изредка гнев давал о себе знать.

И всё же что-то таилось в глазах Селены. Кажется, печаль. Она словно взывала ко мне, подпитывая мою собственную горечь. Уверен, Селена даже не понимала собственной реакции. Я знаю, что такое боль, обида и печаль. И именно это я почувствовал в ней. Подобное тянется к подобному, и, наверное, именно поэтому меня потянуло к ней так сильно.