– Вот так. Пойду принесу свежие полотенца и халат.

Подошел к двери и уже взялся за ручку, как вдруг услышал весьма интересный вопрос:

– Я тебе не нравлюсь?

– Э-э-э... Откуда такой вывод?

– Ты не смотришь на меня. Отводишь взгляд.

– Потому что ты без одежды, - ляпнул в ответ и тут же пожалел о необдуманных словах.

– Одежда нужна, чтобы прятать то, на что не нравится смотреть?

– Вовсе нет! Вернее, не всегда. Просто смотреть на незнакомых голых девушек неприлично. Особенно если они не стриптизерши, нудистки, активистки FEMEN или webcam-модели.

– Кто?

– Неважно. Ты к ним все равно не относишься, забей.

– А если девушка хочет, чтобы на нее смотрели? Это неприлично?

– Если зритель - ее парень, то нет.

– Что значит "ее парень"? Он принадлежит ей, как одежда или мыло?

Вздохнул и покачал головой. Как объяснить слепому с рождения, что такое красный цвет? Если углубляться в столь щекотливую и неоднозначную тему, то и недели не хватит. А что такое свидание? А отношения? А любовь? А секс? А семья? И пошло-поехало. Впрочем, предпоследнее придется показывать на наглядном примере, а ради такого можно и потерпеть бесконечные расспросы. Хотя... Есть один подлый чит, позволяющий перепрыгнуть сразу на нужную тему.

– Нет, не принадлежит. Ни как одежда, ни как мыло. Парень - это такой друг, с которым не грех и сексом заняться.

Чарли замолчала, обдумывая услышанное. Я замер в дрожащем предвкушении самого главного вопроса: "а что же такое секс?". И тут же, не отходя от кассы, ответил бы прямо в лоб: "а давай покажу!".

– Хочу кушать!

Оторопело развернулся и поймал лицом мыльные брызги. Следом под звонкий хохот полетела еще порция, после чего бродяжка нырнула с головой и исчезла под слоем пены.

– Какого...

Она высунула рот и прошептала, еле двигая губами:

– Кушать.

И снова скрылась на дне ванны, пуская пузыри.

– Началось, блин.

Раздосадованный и обозленный (не перепало, печаль-беда), резко толкнул дверь и ударил ею что-то твердое. Приятель айкнул и зашипел, схватившись за ушибленное ухо.

– Подслушивал?
– ехидно спросил, спускаясь по лестнице.

– А тебе жалко? Смотреть не даешь, слушать тоже.

– Найди уже девушку.

– Легко тебе говорить! Не всем на голову падают горячие инопланетянки.

– Верно. Девяносто девять процентов парней встречаются с обычным. И ничего, как-то справляются.

Крепыш решил сменить наболевшую тему:

– Чарли в порядке?

– Телом - да. Умом... не знаю.

– В смысле?

Размышляя над более точным и емким ответом, положил на пластиковый поднос бутерброды, коктейли и потопал обратно.

– Она то впадает в детство, то откровенно тупеет как пробка, то общается вполне адекватно.

– Множественное раздвоение личности? Билли Миллиган с титьками?

– Чел, я художник, а не психолог. Запарил.

Проходя мимо ванной, непроизвольно прислушался. Из-за двери доносились плеск и тихое бормотание. Войдя в спальню, поставил поднос на тумбочку и зарылся в шкаф, время от времени бросая на одеяло то халат, то полотенца.

– Тапочки забыл...

Пришлось срочно нестись вниз и рыться на обувной полке. Помимо друга ко мне иногда наведывались родители, так что проблем с домашней обувью не было. Быстро отыскал теплые тапки в виде когтистых драконьих лап, вытряхнул оттуда гильзы, и вернулся в спальню.

Джон встретил меня скрещенными на груди руками, подозрительным взглядом и осуждающим цоканьем языком.

– Так-так-так... Ужин в постель, суетливая беготня, взволнованная морда... Да ты никак втюрился? За розами сгонять, пока время есть?

– Ревнуй молча, - отмахнулся я.

– Пффф... Больно надо. Мое сердце принадлежит Апокалиптикэль.

Хотел сказать: "вот с этого все и начинается", но в последний момент передумал. Зачем подкалывать приятеля почем зря? Пошутили и хватит.

– Знаешь, - задумчиво сказал он.
– Пожалуй, останусь у тебя с ночевкой. Не против?

– А смысл?
– удивился я.

– На всякий случай. Вся эта лажа с нападением и странным шерифом жутко подозрительна. Лучше держаться вместе, пока все не прояснится.

Пожал плечами:

– Ну, ладно. Погоди... А спать как будем?

– Я на диване, вы на кровати. Если ты большой любитель крепкой мужской дружбы, давай мы на кровати, а Чарли на диване. Если же совсем рыцарь добра и света, то уступи даме кровать, а сам стелись на полу.