"Ну всё, - подумал я, - "Мако" со своим 155-мм орудием по огневой мощи танк переплюнет. Тут главное особо не высовываться, а для рейда по тылам противника лучше машинки и не придумаешь".

Под бронёй в командирском кресле я почувствовал себя намного увереннее. "Мако" всё-таки умная голова придумала. БТР и плавающий, и "летающий", а кинетический щит позволяет сэкономить на броне, облегчая машину и делая её более проходимой. Всяко лучше "Гризли".

– Уильямс, - я свесился вправо, к сержанту за пультом орудия. Забавно, но органы управления напомнили мне "Малютку": ПТУР на базе БРДМ. Широкий визор с нанесённой шкалой упреждения и прицеливания, слева жёстко закреплённая ручка типа "скоба" с спусковой кнопкой, а справа рукоять с кноппелем под большой палец, которым осуществляется наведение орудия. А что, удобно. Наводчик всегда держится обеими руками, что при стрельбе с ходу очень полезно, работают только большие пальцы обоих рук, а приемлемо освоить кноппель хватает пары часов на тренажёре.

– Где нашли маяк?

– Километрах в двух отсюда, туда дорога, что левее забирает, ведёт.

– Окей, - я толкнул Дженкинса ногой в плечо, привлекая внимание.
– Слышал?

– Да!

– Давай резво туда, но только без фанатизма, не угробь нас ненароком.

– Есть, командир!

Взрыкнув движком, крутанулись колёса, каменная крошка, словно шрапнель, сыпанула по "вагончикам", а я вперил взор в экраны. У командира несколько задач: задавать направление движения, засекать цели и давать целеуказание наводчику. На шести экранах мне выводились данные радара, датчики органики-неорганики, круговой обзор с переключением режимов тепловизора и ноктавизора, и ещё куча всего - красота.

– На два часа, гет, - не успел договорить, как взвыли сервомоторы орудийной башенки. Бамм! Всё, нет гета. Мельком отметил: "Трое - патруль".

– На девять, ракетчик, - бамм! Следом ударила пулемётная очередь, добивая оставшихся.

Тут выскочили на площадку с развалинами. Пулемётная строчка перечеркнула двоих гетов, на всякий случай, в проём, сержант загнала орудийный выстрел.

– Кэп, кэп, - моё внимание привлекла Уильямс.
– Маяка нет. Там стоял, - она показала на округлое возвышение в центре, сейчас пустующее.

– Лады. Куда его утащить могли?

– Только на сортировку, оттуда монорельс до астропорта.

– Дженкинс!

– Понял!
– круто развернувшись мы рванули к монорельсу.

Трясясь на ухабах, не будь пристёгнутым, давно бы башкой все мониторы пораздолбал, я пытался слушать Уильямс, втолковывающую мне про сортировку.

– Там справа, вдоль монорельса технологическая дорога, сервисники по ней ездят, на броне вполне пройдём. До астропорта недолго, минут двадцать и выйдем к платформам, но дальше только ножками, хотя если подпрыгнуть хорошо, с ходу можем и на платформу заскочить.

Я покивал, а у самого начало пропадать желание туда ехать. Если этот Вася - по имени Сарен, до маяка добрался, то там минируют всё уже, и влететь аккурат под взрыв приятного мало. Всплыла мысль: "А хер ли". Действительно, нужен мне больно этот маяк, лишнюю головную боль словить с этими видениями. Да и не поверит никто про все эти предупреждения о Жнецах. А вот свидетеля убийства Найлуса Сареном отрыть надо обязательно.

Показалась сортировочная.

– Гляди! Что это?! Какой огромный!
– чуть ли не хором завопила моя банда.

А громада Жнеца плавно оторвалась от поверхности и, набирая скорость, скрылась в плотных красноватых облаках. "Всё, приехали", - подумал я. Машинально отметил медленно бродящих хасков, ещё пара часов иссушат их тела окончательно и они уже не будут представлять опасности. Всё-таки это оружие первого удара.

– Уильямс, уничтожить противника.

Несколькими выстрелами хасков смело с нашего пути.

– Дженкинс в машине, Аленко и Уильямс за мной.

Выбравшись из БТРа, соблюдая осторожность, двинулись к платформе, помимо хасков, нас могли ждать и другие сюрпризы. Тут вдруг вдалеке сверкнуло, вспухло грязно-серое облако дыма. Охнула сержант:

– Они взорвали астропорт!

Секунд через пять до нас докатилась сейсмическая волна, а ещё через десять дошёл чуть раскатистый гром, похоже, подорвали несколько зарядов одновременно. "Ну вот и всё", - я устало опустил пистолет, присел за камушек. Уже можно было не гнать коней, маяк уничтожен и миссия провалена. Через пару суток сюда заявится "папаша" Хакет и наладит всем звиздюлей за просраные полимеры. Осталось только вызвать пару взводов местного гарнизона, чтобы всё тщательно прочесать. Осмотрев сортировочную и остатки астропорта, других гетов мы не нашли, похоже они ушли вместе с Сареном. Тело Найлуса с развороченным затылком, запаковали и отправили на "Нормандию" в холодильник. Запротоколировав показания свидетеля, после я не удержался и выписал ему выговор с занесением в грудную клетку за стыренные гранаты. Как ценного свидетеля - не расстреляют, хотя могли бы: воровство военного имущества, хранение с целью перепродажи взрывчатых веществ и боеприпасов, тут саботаж и терроризм в обнимку, но засядет он надолго, десятка минимум.

Андерсон был грустен и задумчив, ещё бы, он тут старший офицер, ему шею намылят в любом случае, даже если и не виноват.

Уильямс временно приписали к десантной группе "Нормандии", и похоже она уже начинала задумываться, а оно ей надо, вроде как, мечта-то конечно сбылась, но с таким командиром...

Дженкинса распирало, хотя той щенячей задорности уже не было, я ловил пару раз его серьёзный и задумчивый взгляд. Будет хорошим командиром со временем и, похоже, не успокоится, пока в личном коде не появится буква N. А вот Аленко был как всегда сух и немногословен. Ну да, я вообще не понимаю, как можно жить с практически постоянными головными болями. Ещё по той жизни рассказывал дед про товарища своего. После Великой Отечественной вернулся со страшнейшими головными болями после контузии, как жил и как работал - вообще непонятно. Тридцать лет держался: на силе воли, неизвестно на чём, но в итоге не выдержал, повесился. А в записке написал: "Простите, товарищи, не считайте меня дезертиром, но я так больше не могу". Так что единственное, что я мог по отношению к Кайдену, так это лишний раз его не дёргать, оставляя на попечение доктору Чаквас.