— Он заговорил?

— Самую-самую малость, — М пожал плечами. — Но то, что он рассказал, дало нам возможность читать между строк. Об этом знает всего лишь несколько человек, 007. И я рассказываю это тебе только затем, чтобы ты не сомневался: мы на верном пути. Мы на восемьдесят процентов уверены, что НСДА — глобальная растущая организация, и не останови ее сейчас, она несомненно перейдет к открытому движению. Она может привлечь на свою сторону электораты многих демократических стран. Отсюда, конечно, и заинтересованность Советов.

— Тогда, зачем мы ведем с ними игру?

— Да потому что, ни одно агентство, начиная с Федеральной разведывательной службы ФРГ и заканчивая Французской разведкой, не нашло никаких улик…

— Ну и…?

— Никто. За исключением КГБ.

Бонд не дрогнул ни одним мускулом.

— Они, конечно, не знают, что есть у нас, — продолжал М, — но КГБ предоставил улику, которая имеет некоторую ценность: поставщика оружия для НСДА.

Бонд склонил голову:

— Они всегда пользовались российским оружием, так что я полагаю…

— Не надо полагать, 007, это одно из первых правил стратегии. У КГБ есть все основания полагать, что все военное снаряжение НСДА умело похищено и затем, вероятно, под руководством одного финна вывезено из Советского Союза в различные пункты переброса. Вот причина, по которой они хотят провести эту операцию тайно, не уведомляя финское правительство.

— А при чем тут мы? — Бонд постепенно начинал догадываться.

— Они говорят, — начал М, — они говорят, что в этом деле должна присутствовать поддержка со стороны стран не Восточного блока. Израиль очевиден, потому что Израиль будет следующей мишенью, а Великобритания и Америка предстанут перед всем миром внушительной силой, если покажутся в этой операции. Они говорят, что это в наших же интересах разделить с ними эту миссию.

— И вы верите им, сэр?

М без улыбки ответил:

— Нет, не совсем. Но я не думаю, что нас ждет нечто чудовищное, типа сложно запутанной ловушки, в которую должны угодить разведки трех государств.

— И как давно проводится операция «Ледокол»?

— Шесть недель. Они с самого начала запрашивали именно тебя, но я решил сначала проверить лед. Надеюсь, ты понимаешь о чем я.

— И он прочный?

— Твой вес выдержит, 007. По крайней мере, я думаю, что выдержит. Конечно, после того что случилось в Хельсинки, появилась новая опасность.

На целую минуту воцарилась тишина. Где-то далеко, за дверью, зазвонил телефон.

— А человек, которого вы поставили…? — нарушил тишину Бонд.

— На самом деле их двое. У каждой стороны есть еще по резиденту, сидящему в Хельсинки. А из дела мы выводим оперативного агента. Дадли. Клиффорда Артура Дадли. Одно время он был резидентом в Стокгольме.

— Хороший парень. — Бонд зажег другую сигарету. — Я работал с ним. — В Париже пару лет назад они вместе провели виртуозную слежку за одним румынским дипломатом и скомпрометировали его, собранным материалом. — Очень смышленый, — добавил Бонд. — Многосторонняя личность. Вы говорите, он повздорил с коллегами…?

М смотрел мимо него. Он встал, подошел к окну и, сложив руки за спиной, посмотрел на расположившийся внизу Ридженс-Парк.

— Да, — произнес он медленно. — Да. Вмазал нашему американскому партнеру в челюсть.

— Клифф Дадли?

М обернулся, на лице играла одна из его лукавых улыбок.

— Он сделал это по моим указаниям. Я тянул время. Как я уже сказал: проверял лед, ожидая, пока ты акклиматизируешься. Короче, ты понял…

Вновь наступила тишина, ее нарушил Бонд:

— И мне надлежит вступить в эту команду.

— Да, — М, казалось, думал о чем-то своем. — Да, да, они все уже выехали из района проведения операции. Тебе надлежит встретиться с ними как можно скорее. Я выбрал место встречи. Наугад. Как тебе отель «Рейдс» в Фуншале, на Мадейре?

— Лучше, чем лапландская кота в Заполярье, сэр.

— Ну и отлично. Тогда мы сейчас проведем с тобой полный инструктаж, и, если ты возьмешься за это дело, отправим тебя туда уже завтрашним вечером. Хотя, боюсь, что Арктика будет твоей следующей остановкой после Мадейры. А пока, у нас еще куча дел. Ведь ты пойми: провести такую операцию — это тебе не пирог слопать, как говорили во Вторую мировую.

— Даже если это мадеровый пирог? — улыбнулся Бонд.

М позволил себе коротко рассмеяться.

И все же из Лондона Джеймс Бонд выбрался не так скоро, как на то надеялся. Работы оказалось очень много, да и доктора настаивали на полном медосмотре. Вдобавок Билл Тэннер принес полученные данные о Поле Вакер и ее подруге Анни Тудеер. Кое-что из этой информации вызывало интерес и одновременно тревогу. Как выяснилось, Пола была уроженкой Швеции, хотя позже получила финское гражданство. По всей видимости, ее отец одно время состоял в шведском Дипломатическом корпусе, хотя в примечании говорилось, что у него были «агрессивные ярко-правые взгляды».