Без особого удивления эломин отметил, что Паван покинул свое скромное пристанище. Возможно, он на время затаился, рассчитывая на то, что в человеческой массе его не обнаружат. И наверняка был уверен, что Сила предупредит его о любой опасности. Может, и предупредит — если Ринанн сваляет дурака и нападет в открытую.

Но есть и другой путь.

Ринанн удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Начало положено. Он найдет Павана — и скоро.

Повелитель Вейдер будет доволен.

* * *

Ник Росту не стал сразу возвращаться в свое старое убежище в секторе Зи — Кри. После событий двух последних дней он ощутил потребность немного расслабиться. Ник был наслышан о площади Тангора и развлечениях, которые можно было там найти. Его не очень привлекали удовольствия, которые предлагались за большинством закрытых дверей, но в тех местах имелся салон для игры в шронкер.

В салоне было довольно оживленно: заняты были все пять игровых сфер. Ник заказал кружку алдераанского эля и, потягивая его, наблюдал за идущей поблизости игрой. Сражались куаррен и йевета. Зрелище было несколько удивительным само по себе: как правило, йеветы считали, что другие расы едва ли заслуживают внимания. Наверное, этот йевета придерживался более широких взглядов. И, разумеется, тот факт, что во время игры он надавал куаррену по чешуйчатому заду, поддерживал его в прекрасном расположении духа.

Кальмароголовый долго не продержался и вскоре с понурой головой вернулся в бар. Йевета взглянул на Ника.

— Сыграем? — прохрипел он.

— Попробую. — Ник шагнул к панели управления, от которой только что отошел куаррен.

— Конфигурация? — спросил йевета.

— «Горячий Беспин».

Правила игры были довольно просты. Внутри голосферы находилось стилизованное изображение звездной системы; перед началом игроки могли выбрать в настройках одну из существующих систем или же создать свою собственную. Имелось четыре вида планет: газовые гиганты, двойные планеты, обычные планеты и луны. В центре сферы располагалась звезда. Каждый из игроков управлял кометой, и только ее курс можно было менять во время игры.

В начале игры планеты двигались по заданным орбитам. Существовало несколько различных конфигураций, и самым трудным обычно считался сценарий «Горячий Беспин». Цель состояла в том, чтобы, ударяя кометой по разным планетам, первым отправить их по спирали в звезду в центре системы.

Ник переплел пальцы и похрустел суставами. Потянулся, разминая шею и плечи, и встал в расслабленной позе перед рукояткой управления. Йевета глядел на него своими черными глазами, и взгляд его был тяжелым и неподвижным, словно камень.

Ник нацелил комету и нанес первый удар. Комета врезалась в одну из планет и рикошетом унеслась к внешним границам системы. Планету, в свою очередь, вышибло с места, она завертелась и легла на эллиптическую орбиту.

Все объекты имели разные свойства. Газовые гиганты были огромны, и поэтому их инерция была велика; прямой удар мало что мог с ними сделать. Горячий Беспин вращался чрезвычайно близко к центральному светилу, наматывая круги быстрее, чем остальные, что усложняло попытку отправить более удаленную планету навстречу огненной погибели, в то время как холодный Беспин, огибая звезду по внешней границе системы, чаще всего перехватывал комету и защищал внутренние планеты. Двойные планеты, которые вращались вокруг центра масс, можно было разделить, хорошенько направив косой удар, и тогда одна из них или обе сразу быстро падали в гравитационный «колодец» звезды. Справиться с одиночными планетами было не особо сложно, а вот луны были самыми маленькими объектами, и в них было трудно попасть. К тому же их часто притягивали к себе другие объекты. Луны обычно исчезали в огне в последнюю очередь, на чем игра и заканчивалась.

Скоро Нику стало ясно, что его противник очень искусен в шронкере. И им обоим в равной степени стало ясно, что Ник все же искуснее.

Игра постепенно привлекла внимание других посетителей — их захватила не только виртуозная игра Ника и йеветы, но и то, насколько по — разному они себя вели. Ник был раскрепощен и расслаблен: после очередной кружки эля он даже стал словоохотлив. Он хвалил соперника за особенно точные выстрелы и скромно преуменьшал собственные достижения, хотя зрителям было ясно, что Ник играет лучше.

Йевета за всю игру не проронил ни слова, но выражение его лица становилось все более сосредоточенным — по крайней мере, так казалось Нику: худое, обтянутое кожей лицо не — человека достаточно походило на человеческое, чтобы мимика была похожей. Считалось, что йеветы быстро учатся. «А вот эту надо было оставить на орбите, когда еще было можно», — подумалось Нику. К концу игры йевета немного наловчился, но только самую малость, да и было уже слишком поздно. Последний объект — зелено — голубая планета — скатился под откос пространства и времени в пылающий ад своей звезды.

Йевета не шелохнулся. В комнате повисло молчание. А Ник уже был пьян, и поэтому обошел опустевшую голосферу и протянул руку.

— Эй, ты превосходно сыграл, ты почти…

Йевета сделал молниеносное движение. Ник еле успел убрать руку, когда мертвенно — бледное существо выстрелило рудиментарным когтем из кожного кармана. Ник вытащил бластер и направил на йевету еще до того, как тот успел втянуть свой коготь.

— Спокойно, — сказал он, грозя противнику указательным пальцем.

— Грязный выродок, — прошипел йевета. Затем он озвучил еще несколько весьма вычурных сравнений Ника с другими отвратительными явлениями, из которых наименее оскорбительным было обвинение том, что он появился на свет в результате невероятной любовной связи между хаттом и вуки.