Также она могла гордиться тем, что не раз удержала Северуса от драки с ними. Не удивительно, что Снейп терпеть не мог этих двоих.

«Маменькины сынки, избалованные богатенькие детки!»

Впереди появился просвет, послышался плеск воды, и она увидела Хогвартс, сияющий огнями в ночи. Зрелище, действительно, было незабываемым. Тот, кто придумал привозить сюда детей поздно вечером, явно всё хорошо продумал. Вид замка восхищал и запоминался на всю жизнь.

Переплыв озеро и отстояв положенное время в комнатке ожидания, Лили, Северус и другие первокурсники вошли в Большой Зал, поражавший величием и оглушавший шумом голосов.

Она смотрела на профессоров, пытаясь увидеть того, кто принёс Лилиан в дом Эвансов, и убеждалась, что её догадка верна. Незнакомец пообещал скорую встречу, но за эти годы ни разу не пришёл к ним в дом. Значит, он имел в виду её поступление в школу.

Единственным бородатым мужчиной, сидящим за профессорским столом, был директор Дамблдор, и это совсем не радовало Лили, хотя и не удивляло. Она была готова к такому положению вещей.

Началось оглашение списка и шоком для всех стал Блэк, отправившийся на Гриффиндор. А вскоре подошла очередь Лили.

— О, как интересно! — произнесла шляпа, едва очутившись на её голове. — Меня обязали отправить тебя на Гриффиндор, но ты, как я вижу, не совсем та, за кого просили, а значит, я вольна в своём решении.

Лили совсем не хотела отправляться к красно-золотым, чтобы не обитать семь лет в одной гостиной с идиотами, и поэтому с радостью ожидала, что шляпа скажет дальше.

— Ты умна, хитра и целеустремлённа. Ты очень хорошо замаскировалась, ну да кровь никуда не спрячешь, а значит, я отправлю тебя на… СЛИЗЕРИН!..

========== Слизерин ==========

Сидя за столом Слизерина, она с нетерпением ждала, когда к ней присоединится Северус, и замечала заинтересованные взгляды соседей. К удивлению своему, она констатировала, что откровенно неприязненных взглядов не наблюдается. Были удивлённые или любопытные, но почти они все переключились на следующего первокурсника, усевшегося на табурет.

Сидевший напротив мальчик, распределённый первым, представился ей, хотя она уже слышала его имя.

— Криспиан Эйвери.

— Лилиан Эванс.

— Не рада, что попала в Слизерин? — спросил он и Лили удивилась не столько вопросу, как тому, что он был задан достаточно спокойно.

Странно, ей казалось, что распределение маглорождённой девочки на факультет Салазара вызовет бурю эмоций у его представителей. Да и Северус говорил ей об этом.

«Значит ли это, что распределённый на змеиный факультет маглорождённый автоматически становится своим и Северус ошибался, или то, что я оказалась здесь, даёт понять, что мой статус отличается от заявленного?»

Но вопрос, заданный ей Эйвери, требовал ответа и она произнесла:

— Отнюдь, было бы намного хуже, попади я на Гриффиндор. А если моего друга распределят сюда же, то я буду вообще счастлива.

Северус, о котором шла речь, как раз опустил шляпу на голову. Прошедшая минута показалась Лили вечностью, ведь она понимала, что Северусу будет неплохо и в Рэйвенкло, а вот что будет без него в Слизерине делать она?

— Слизерин, — снова раздался вердикт шляпы, и Лили захлопала, радуясь, что всё сложилось так удачно.

Малфой поприветствовал нового слизеринца и Снейп плюхнулся на скамейку рядом с Лили.

— Лили, у нас получилось! Мы на одном факультете! — Снейп улыбался, глядя на сидящую рядом подругу.

Та, скрывая ответную улыбку, строго проговорила:

— А ты помнишь, что я обещала сделать, если попаду на один факультет с тобой? Я серьёзно займусь твоим внешним видом. Уж теперь-то ты не сбежишь от меня домой или в гостиную своего факультета. Ты попал, Северус, — Лили почти пропела последнюю фразу, что послужило причиной лёгкой улыбки у сидящего рядом мальчика с ещё одной много говорящей для неё фамилией Мальсибер. Он, видимо, собрался с ними познакомиться, но тут слово взял директор.

— Добро пожаловать в Хогвартс! — голос Дамблдора услышали все и Лили побледнела, осознав, что её догадки теперь превратились в твёрдую уверенность.

Именно этот голос она слышала, именно директора она должна опасаться. Как она ни пыталась убедить себя, что была готова именно к такому Дамблдору, как не напоминала себе, что он тот ещё гад, оставалась надежда на ошибку, на то, что он добрый волшебник, а в доме Эвансов был кто-то другой, но теперь она убедилась окончательно, что её враг — директор Дамблдор, и это осознание бросало её в холодный пот.